Бизнес-тренер в свободном полете

Но не ясно, как это произошло, я же из-за маминого обещания не перестал писать «шы» и «жы» через «и», мне этого просто не дано. Когда ты растёшь в семье рабочих и крестьян, то слова «ложить» и «склизко» являются индикаторами соответствующей врождённой грамотности. Запомнить, чем отличается глагол от подлежащего просто невозможно.

Мама работает прессовщицей и не понимает того, что «мне этого не дано». Она действительно подала мои документы в техникум. Я действительно сдавал экзамены. Но прогноз классной дамы не оправдался, по математике мне поставили пять, а за диктант четыре.

Если с математикой это можно как-то объяснить, то диктант явно был перепутан приёмной комиссией.

О ужас! Может мама дала взятку проверяющему в виде коробки шоколадных конфет или десяти рублей?! Не может этого быть!

Вот уж повезло, так повезло. У меня лучший вступительный балл и все считают меня отличником – приятно. Есть ещё какой-то Мотыль, у которого столько же баллов. Но ничего, он тощий, он долго не протянет на хороших оценках.

Я все равно его обойду, по всем показателям обойду, тем более что на нашем радиотехническом отделение русский язык является факультативным, а по математике и физике я шарю лучше всех.

Эллочка.

Утром мы с Виктором сдали очередную сессию в институте. На работу из учебного отпуска выходить надо только послезавтра, так что сегодня отмечаем.

– Куда пойдём? В бар или купим пузырь и дома разопьём? – Я спрашиваю Виктора о намерениях и о вариантах, доступных нашему финансовому состоянию.

– В бар не могу, денег нет.

– Совсем нет или на пузырь наберём? – Если у Виктора денег совсем нет, то гулять придётся на мои.

– Немного есть, так что давай купим пузырь и отправимся…

– К кому? У меня дома родители. А у тебя что?

– Идём к моей подруге? Я с ней в детский сад ходил, она живёт одна на Академической.

У Виктора куча подруг и ни одной девушки. Как он умудряется иметь столько знакомых? Конечно, Виктор, выглядит почти как Ален Делон, но пьющий одеколон.

Через некоторое время мы оказываемся у его подружки. Подружка, девушка под сто килограмм, грузинской национальности по имени Нона. Над верхней губой Ноны заметны усики, я про себя думаю о том, как быстро стареют грузинки. А ещё, из окна Ноны видна моя школа, в которой я учился восемь лет, поле чего был выгнан как бесперспективный двоечник.

Пока мы добрались до Ноны, успели закупить две бутылки красного вина.