Том 5. Русская опера и достижения антрепренеров Москвы (1885–1925)

Можно по-разному оценивать этот эпизод истории.

Можно, как это делают известные авторитетные авторы, привязывать порыв царя к назревшей необходимости сближения России с европейскими странами.

Безусловно, можно.

Как нам представляется, всё дело в частной жизни – в молодой жене и ближнем окружении, в котором она воспитывалась, и в котором оказался государь. Эти приближённые уже видели дивную диковинку. Наверняка о ней рассказывали и пересказывали – русское любопытство и любознательность общеизвестны – зимы холодны, а ночи долги.

Более того, в домашней среде и среди приближённых в качестве досуга уже практиковалось некое подобие лицедейской самодеятельности. Так что весьма отдалённое представление о театре можно было кое-как получить. Но только кое-как.

Здесь-то и нужно искать причины, побудившие царя на поступок.

Далее сработал известный сценарий: царскую волю исполнили, как могли, и в Москву доставили, кого смогли – трубача и четырёх игрецов.

Но, как всегда, опоздали.

Тем не менее, начало театральной затее в России было положено.

Порыв остановить невозможно!

Алексей Михайлович настолько разохотился увидеть диковинку, что не стал дожидаться результатов переговоров своих посланцев в Европу, а сделал через своего приближённого А.С. Матвеева заказ на постановку театрального представления пастору Грегори, настоятелю церкви в Немецкой слободе.

Тут-то и возник впервые по существу и в полный рост главный театральный вопрос – организационный: театра (здания или хотя бы площадки для публичной игры) нет, актёров нет, административного штата нет, жалованья нет: играть негде, со зрителем работать некому.

Да к тому же, чтобы выполнить заказ, необходимо быстро обучить театральному ремеслу русских недорослей из мещан, которых смогли наскоро отобрать.

Впрочем, в этот момент все оказалось для России впервые.

Впервые возник не только комплекс организационных проблем и неувязок, которые потребовалось оперативно и грамотно решать.

Впервые была найдена и апробирована в деталях вся ныне существующая схема и структура сценического производства, а также организации представления спектакля, вплоть до его приемки перед премьерой (или проведения открытой генеральной репетиции!).

Оркестр составили из немцев, дворовых людей Матвеева да церковных музыкантов[7 - Чешихин В.Е. История русской оперы. – СПб.: Изд. Юргенсона, 1905, С. 23.].