Менталист

Как бы то ни было, этот оттенок ей нравился.

– Конечно, – согласился Винсент. – «Хассельбакен», наверное, открыт.

Он кивнул на зеленое деревянное здание чуть выше по склону холма, как раз над парковкой. Мина кивнула, снова хлопнула дверцей и сунула ключи в карман.

– Неужели у вас нет сумочки? – улыбнулся Винсент.

– Это необычно, да? – в свою очередь спросила Мина и в тот же момент осознала, что отсутствие сумочки у молодой женщины и в самом деле выглядит необычно.

Они пошли к старому отелю.

– Мне кажется, сумочки – это слишком негигиенично, – Мина пожала плечами.

 – Там скапливается масса вещей, которые, в свою очередь, собирают бактерии.

– Разве в карманах не то же самое?

Мина подняла бровь.

– Ради бога, не надо… – Она вытащила руки из карманов. – Не надо подавать мне новые идеи, старых вполне достаточно.

Винсент рассмеялся. Мине нравилось его легкое отношение к ее так называемому комплексу. Вне сомнения, за этим стояло понимание.

Она ведь ни с кем не могла обсуждать эту проблему всерьез.

Другое дело – коснуться ее в шутливом тоне, указывая тем самым, что не все так страшно. Что речь идет всего лишь о небольшой странности, которую Мина полностью осознает и контролирует. Тем не менее ни с кем другим у Мины не получалось затронуть эту тему даже на таком уровне.

Винсент оказался прав – отель и в самом деле был открыт. Они устроились в фойе, за дальним угловым столиком, и заказали кофе. Когда принесли чашки, Мина заметила на себе пристальный взгляд Винсента.

Он, конечно же, не мог пропустить, как она будет вытирать край чашки салфеткой, точными, выверенными долгим опытом движениями. Коллегам из полиции потребовалось куда больше времени, чтобы заметить эту ее странность, но от внимания Винсента как будто и впрямь ничего не ускользало. Возможно, дело было и в том, что на работе у Мины автоматически включался внутренний прибор самоконтроля.

Винсент тоже взял салфетку и протер свою чашку.

– Никогда не знаешь, где они хранят эту посуду, – объяснил он извиняющимся тоном и подул на горячий кофе.

Напрасно Мина высматривала в его взгляде искорки снисходительности или каких-либо других свидетельств того, что он считает ее сумасшедшей. Ничего такого не было. Она попробовала кофе. Разливающееся по телу тепло казалось вдвойне приятным после прогулки на холодном воздухе. И главное, рядом с Винсентом Мина не чувствовала себя отщепенкой вне людского общества. Если она и была отщепенкой, то только в компании с ним.