Никто не уйдет живым

К ужасному мужчине из соседнего дома идти было небезопасно.

Да и что она на самом деле может кому-то рассказать о том, что сейчас пережила?

Когда Стефани неслась через дом к входной двери, она сказала себе, что вызовет полицейских. Но теперь она была снаружи, и безотлагательность этой мысли угасала. Что она им скажет? Что к ней в кровать забрался призрак? Что невидимые люди приходили к ней в комнату? Что в соседней пустой комнате избивали девушку? Что боится хозяев дома?

– Черт. Черт, черт, черт, черт. – Ее тело сотрясалось, с каждым неровным вдохом и выдохом до сих пор не успокоившихся легких.

Нужно бежать прямо сейчас, отправиться куда-то.

«Куда?»

В какой-нибудь приют для бездомных? Даже тюремная камера будет лучше этой комнаты. Может, если она расскажет полицейским правду, ее накачают лекарствами и отправят в больницу? Она всерьез размышляла над этим, пока осязаемая реальность улицы и большого темного дома у нее за спиной и ощутимый дискомфорт от сырости и холода не притупили остроту испуга и не осушили топкий ужас, заставивший Стефани сбежать из комнаты и встать снаружи дома, как перепуганного ребенка – у дверей родительской спальни после страшного сна.

Она взглянула на телефон: два ночи. Три часа до рассвета. Если она сможет не заснуть за это время, а потом соберет сумки, позвонит кому-нибудь из девочек и вызовет такси до станции Нью-стрит, все это может закончиться. Всего три часа.

Стефани вытерла капли с лица, развернулась и вошла обратно в темный дом.

День четвертый

Двадцать шесть

– Ммм.

Мне просто не нравится это место. И другие жильцы… И работа – говно. Но даже говна на всех не хватает, Бекка, – сказала Стефани в трубку, а потом продолжила грызть ноготь.

– Везде одно и то же, детка. Если тебе и там не удается зацепиться, поневоле задумаешься, найдется ли где-то еще место получше, да?

– Это ненадолго. Может, на неделю, максимум две. Я… Мне только что крупно не повезло. Пожалуйста, Бекка.

– Я поговорю с Питом. Это его жилье.

Он на футболе. Я спрошу, как только он вернется. Перезвоню тебе сразу же, ага?

– Спасибо.

После паузы Бекка сказала:

– Ты в порядке, лапушка?

Сочувственная забота в словах подруги вызвала дрожь в голосе самой Стефани. Она убрала телефон подальше от лица, чтобы избавиться от комка в горле и взять себя в руки. Вытерла глаза, сглотнула.

– Значит, до скорого, да?

– А ты не думаешь вернуться…

– К Райану – нет. – Ее голосу не хватало внутреннего стержня.