Миры Меандры. Книга вторая. Геомена

Малыш стал жарить над огнем хлеб на ветке. Начинало смеркаться. Жора подбросил большую палку в костер, и вверх полетел сноп искр. Гришка налил из котелка ароматный чай в кружку. Потом стал пить маленькими глотками и бездумно смотреть на языки пламени. С одной стороны, сидела, обняв коленки, Звездочка. В глазах у нее отражались оранжевые огоньки от костра. Веня угощал запеченной картошкой в углях, которую взяли с собой в дорогу. С другой стороны сидела Гайка и, обжигаясь, ела картошку. Очкарик что-то бряцал на гитаре, но получалось у него не очень.

– Вкуснятина эта ваша катофка, – пробурчала Гайка.

По лицу Ника стало видно, что усмешка и озлобленность прошла, оно разгладилось, и в глазах появился живой огонек. Все события неожиданно для него стали происходить помимо его воли – как-то сами собой. И смирившись с этим, он почувствовал, что не так уж это и плохо. Вся эта необычная компания скрасила однообразие, ворвавшись со своей суетой.

Из расспросов про биографию самих хозяев этого залива ребята поняли, что те не помнят, кто они и откуда.

Какие-то мальчики без прошлого.

– Что? Совсем, совсем не помните? Даже самую малость? – удивилась Звездочка.

Дикий Ник, «медвежонок» и Очкарик задумались. Все молча смотрели с надеждой, что те хотя бы вспомнят что-нибудь. Потекли долгие секунды. Но Ник пожал плечами.

– Дааа! Все перемешалось в этом королевстве, – процитировал Веня какое-то произведение и поправил очки.

Неожиданные хлопоты

Никите приснился четкий сон.

Обычно в последнее время ему снились серые и сумбурные сны, в которых не было никакого смысла. Они даже не запоминались. Может, на него повлияли последние яркие события. Он даже ощутил, как его руки обдувает ветер. На нем белая рубаха из тонкого материала, а поверх рубахи надет бордовый жилет из замши. Он стоит на палубе корабля, а за бортом почему-то не видно воды – только белые клочья тумана. Он услышал громкие знакомые голоса, смысл которых был ему непонятен. Потом до парня стало доходить, что эти голоса не принадлежат сну. Просыпаясь с неохотой, он с трудом смог открыть глаза.

– Ты не поверишь! Можно обалдеть! Просыпайтесь, засони! – перед глазами он увидел восторженное лицо Алика.

Оказывается, будили не только его, но и Гришку. Тот потирал заспанные глаза одной рукой, а за вторую его тянула Звездочка.

– Пошли, – кряхтела она.

На воде стоял небольшой корабль – метров двадцать. Корма имела изящный изгиб с круглыми окнами.