1945: Черчилль+Трумэн+Гиммлер против Сталина. Книга вторая

Но Бернадотт и не возражал – ни против такой скоропалительности, ни против такого «формата встречи».

– Я слушаю Вас, дорогой герр Гиммлер.

– Мне нужна встреча с Эйзенхауэром!

Граф был опытным дипломатом и ещё более опытным интриганом, но даже ему не удалось скрыть удивления на лице: просьба «явно зашкаливала». Гиммлер – и Эйзенхауэр?! И граф «сделал пробный выстрел»:

– Почему именно с ним?

– Я хочу предложить ему капитуляцию на Западе!

Уксус сам выплеснулся на лицо графа.

– Рейхсфюрер, мы с Вами знаем друг друга не один год…

Бернадотт решил идти напролом: уклончивые взгляды и слова лишь удлиняли дорогу к взаимопониманию.

– Поэтому я буду прям… Скажите, Вам кажется уместным формат такой встречи?

– ??? – честно хлопнул глазами рейхсфюрер.

– Рейхсфюрер СС Гиммлер и Главнокомандующий экспедиционными войсками Эйзенхауэр? – не проявил сострадания Бернадотт.

Какое-то время Гиммлер безуспешно боролся с комком в горле. Наконец, он продавил слова «к выходу»:

– Что Вы хотите этим сказать?

Граф выдержал паузу, явно не от избытка гуманизма, а в обеспечение «качественного убоя визави».

– Вы ведь – не Кейтель, не Йодль, не Кребс, не Кессельринг. Вы – даже не Шёрнер с Рендуличем. Что Вы можете предложить Эйзенхауэру?

Гиммлер покраснел и начал оперативно протирать очки: оскорбление было качественным и «по месту». Наконец, водрузив их на нос, он мужественно дрогнул голосом.

– Вы верно подметили, граф: я – рейхсфюрер СС Гиммлер!

– И?

– Между мной и портфелем рейхсканцлера стоит только Геринг!

– Уже не стоит.

– ???

– Отстали от жизни, рейхсфюрер! – улыбнулся Бернадотт. – А всё – юдоль кочевая. Берлин, конечно – накануне падения, но кое-что в нём ещё случается. И кое-что действительно случилось. С рейхсмаршалом.

– Что именно?

Столько надежды было в голосе собеседника, что граф рассмеялся.

– Именно то, что Вы и думаете, дорогой рейхсфюрер! Геринг «вылез не по уму» – и был водворён обратно.

Граф многозначительно поиграл бровями: «знай наших!».

– … фюрер приказал арестовать Геринга и расстрелять его.

– Сразу? – комбинированно обрадовался-испугался рейхсфюрер: моментально примерил исход на себя.

Бернадотт равнодушно пожал плечами.