Никак

15 лет Алиса получала от Карины абсолютно любую информацию исключительно в контексте божественного замысла – начиная с того, что она съела на завтрак, и заканчивая тем, какой процент ВВП съела инфляция. Никогда, никогда до сегодняшнего дня Алиса не могла вычленить в ее речи такие слова, как «тщательно обдумать», «взвесить» и, упаси Брахма,[8 - То же самое, что «Господи», только с четырьмя лицами, таким же количеством верхних конечностей и из Индии.] структурировать».

Не замечая Алисиного недоумения, Карина продолжала:

– Ты можешь сформулировать свой запрос?

– Я… Я… не знаю, – Алиса смотрела на подругу, но видела перед собой инопланетянина… Всеми силами пытаясь собраться с мыслями, Алиса продолжила: – Я не знаю, что мне дальше делать.

Я не знаю, чего я хочу. Не знаю, кто я. Не вижу себя ни в одной профессии. Объективно понимаю, что я плохая мать. Я не уверена, что двигаюсь по жизни в правильном направлении. Не уверена, что я вообще куда-либо двигаюсь. Я ни то ни сё. Семьи нет, работы теперь уже тоже. Нет идей, нет сил. Зато есть новые лишние пять кило. Плюс я ничего не помню, вообще ничего. Не могу запомнить, что и кому я обещала. Ни на чем не фокусируюсь. Я не могу уже третью неделю сесть и просто отредактировать свое резюме. Я ничем не занимаюсь и ничего не успеваю. Мне страшно. Заканчиваются деньги. Я ни с кем не общаюсь – ты, Карин, первый человек за месяц, с кем я вышла на ужин.

Закончив свою внезапно прорвавшуюся исповедь, Алиса обнаружила, что еще никогда за всю историю ее взаимоотношений с Кариной не говорила столько времени подряд.

А Карина никогда еще не слушала ее так долго, ни разу не перебив. Подруга молчала и внимательно смотрела на Алису немного исподлобья, глубоко забравшись в панцирь своего капюшона.

Напряженная пауза повисла в воздухе. Алиса боялась нарушить ее, чтобы не помешать возвращению, видимо, ненадолго отлетевшего Карининого астрального тела. Та по-прежнему сидела неподвижно.

– Еще один сельдереевый смузи, пожалуйста, – внезапно донеслось откуда-то из недр Карининого худи.

Алиса с облегчением улыбнулась.

– Слушай, ну так дело не пойдет, – подытожила Карина, откинув капюшон. Миру явилось растрепанное гнездо волос, свитое ею на своей макушке еще с утра.

Алиса отвесила подбородком смиренный поклон:

– А КАК пойдет?

– Да НИКАК![9 - Для удобства читателя единственно верный ответ на главные вопросы его жизни приведен не только на обложке данного произведения, но и в самом тексте повествования.