Никак

] акт самоистязания издревле практиковали индейцы-тольтеки, используя данную методику в целях инициации молодых воинов. Коучи апачи свято верили в то, что в недрах матушки сырой земли человек буквально насквозь пропитывается невероятно концентрированной эссенцией инсайтов. Еще бы! Пока отважный искатель лучшей версии себя лежит и размышляет о том, кто он, для чего пришел в этот мир, в чем его предназначение и точно ли его откопают через полчаса, в его сознании происходят необратимые процессы самосовершенствования.

И встает он из прохладной могилки под приветственный ритм бубнов как заново рожденный.

Алисе, не терпящей полумер, в этом тренинге нравилось абсолютно все – от костров до бубнов. Врожденная склонность очаровываться различной степени идиотизмом и здесь ее не подвела. Позвонив в тренинговый колл-центр дискомфорта, она выяснила, что группа очередных энтузиастов, мечтающих быть закопанными по толтекской системе, стартует завтра.

Алису настоятельно попросили прийти не позднее 7 утра, в удобной обуви, без телефона и со 120 тысячами кэша.

Зная свои нестабильные отношения с будильником, Алиса проворочалась всю ночь, так толком и не уснув. Расстроившись, что сил на побег из зоны комфорта после такой ночи будет недостаточно, она раздраженно влезла в новые белые Yeezy, поставила телефон на зарядку, планируя вернуться за ним и за ключами от машины через полчаса, и, стараясь не разбудить сына и его няню, мирно спящих в соседней комнате, вышла на улицу в 05:15 в поисках круглосуточного банкомата.

Алиса давно не видела город таким – пропитанным толстым слоем ноябрьского инея, укаченным миллиардами шагов и застывшим в абсолютном блаженстве от того, что эти шаги прекратились. На фоне столь сконцентрированной пустоты и тишины Алиса ощутила, как непривычно глубоко ей дышится, как неожиданно бодро шагается. В состоянии предрассветной эйфории она проинспектировала три банкомата в разных концах ее улицы.

Первые два беспробудно спали, не реагируя ни на ее прикосновения, ни на пенетрацию ее «Мастеркарда». Третий сжалился и выдал Алисе мелкими купюрами последнее, что было на карте. На похороны.

В ожидании сведения счетов с шелестящей деньгами будкой Алиса запрокинула голову и увидела то, что в последний раз наблюдала с таким восхищением и замиранием сердца классе в девятом, – звезды.