1945: Черчилль+Трумэн+Гиммлер против Сталина. Книга первая

Неправильно понимающих волю босса в Белом доме не держали…

Глава пятая

– Садитесь, джентльмены!

Черчилль раздражённо махнул рукой в направлении густого табачного облака, которое он натрудил за пару часов размышлений в одиночестве. Министр иностранных дел Антони Иден и постоянный заместитель министра иностранных дел сэр Александер Кадоган «ушли в туман».

– Что у Вас, Антони?

Иден не стал раскрывать папку: не первый день в министрах.

– Форин-оффис подготовил меморандум, сэр.

– Для кабинета? – вынырнул из «облака» Черчилль.

– И для военных – тоже. Копия – Вашингтону, для ознакомления.

– Давайте!

Как в фильме ужасов, рука Черчилля высунулась «из тумана». Некоторое время премьер скользил глазами по листу, не забывая «в дороге» попыхивать сигарой. Лицо его было искажено гримасой, и трудно было сказать, вследствие чего: огромные сигары, не помещающиеся во рту среднестатистического курильщика, изрядно деформировали «портрет» и в отсутствие эмоций.

Наконец, бумага с меморандумом легла на стол, а сам Черчилль занялся любимым делом: стал прохаживаться за спинами дипломатов. Он и раньше был непоседой, а после того, как ему сказали, что и Сталин практикует аналогичные прогулки по кабинету, и вовсе «подналёг на километраж»: сравнение льстило.

– Мысли, конечно, здравые, джентльмены. Особенно – эта: «Будут ли русские, имея огромную армию, превосходящую англо-американские войска в Европе, довольствоваться оккупацией одной трети Германии?».

Премьеру не понадобились услуги «бумажного суфлёра»: процитировал по памяти – и не ошибся даже с запятыми.

– Чьего пера эта фраза?

Черчилль «просверлил взглядом дырку в облаке» в направлении Кадогана.

– Вы не ошиблись, сэр, – слегка тронул улыбкой губы постоянный заместитель министра иностранных дел. – Работа Уильяма Стрэнга, сэр.

– Узнаю стиль.

Черчилль усмехнулся, но человек, впервые увидевший его, ни за что бы об этом не догадался. И дело было не в умении сэра Уинстона демонстрировать или, напротив, скрывать, чувства, хотя по части обоих этих мероприятий он был непревзойдённым мастером.

– Предложение о процентах – тоже его?

– Да, сэр.

Черчилль помолчал, словно ещё раз возвращаясь к тексту, и, пыхнув сигарой, вновь пустился в променад по кабинету.