Мне отмщение, и Аз воздам

Посредством одного-единственного вопроса «За что?», который, разумеется, оставался без ответа. В лучшем случае. В лучшем – для «подателя» вопроса, естественно.

– Эх, сейчас бы водомёты сюда! – на ходу выпалил командир ОМОНа, подбегая к Полковнику.

– Кина насмотрелся? – раздражённо бросил Начальник ДВД – и попал в «обеззабраленное» лицо омоновца. – Где я тебе найду водомёты? Начинайте «газификацию»! Живо!

Омоновец вернулся к «своим» – и через минуту первые патроны со слезоточивой начинкой разорвались на некотором отдалении от передовых линий «защитников двора».

Следующие фонтанчики белого дыма уже прореживали непосредственно толпу. Раздался первый надсадный кашель. Восприняв это как добрый знак, ОМОН двинулся на штурм. Но «стражи порядка» успели сделать лишь несколько шагов: их почти сразу остановил град камней. И, ладно бы – камней: бетона и кирпича.

Полковник наблюдал за этим уже из укрытия и с безопасного расстояния. Но он и видел, и слышал, как треснули несколько пластиковых щитов: они не были рассчитаны на такую форму «приветствия».

Омоновцы вынуждены были отступить на исходные позиции. Необходимость замены тактики стала очевидной. Прежняя, традиционная, рассчитанные на вразумление одним залпом, явно не проходила. По «уоки-токи» он вызвал командира.

– Вот, что, капитан. Поливай этих… родной народ, значит, газом до тех пор, пока он не взвоет! Патронов хватает? Если нет, то я сейчас же отправлю человека за добавкой!

– Хватает, товарищ Полковник.

Голос омоновца дрожал то ли от возбуждения, то ли от страха.

А может, это так связь работала: на то она и связь.

– Ну, а раз хватает: глуши их! Потом доводи их до готовности дубинками! И – по головам, сволочей! По головам! Понял меня?

– Так точно, товарищ Полковник… Только…

– Что «только»?

Омоновец ответил не сразу.

– Ну? Чего умолк?

– А вдруг они выставят вперёд детей и прикроются ими, как щитом?

Этого уже Полковник не выдержал.

– Ё… твою мать! Ты, что, кина насмотрелся?! Они что: фашисты? Эсэсовцы они, что ли?!

– Да нет… товарищ Полковник…

Командир ОМОНа почему-то не демонстрировал уставной твёрдости.

– В данном случае упрёк – не по адресу…

– Ты что плетёшь? – взревел Полковник. – Ты, что, гад, плетёшь? Офицерские погоны надоели? Надоело вкусно жрать и сладко пить?

Намёк был… вовсе даже не намёк. Командир ОМОНа относился к числу «штатных» едоков: полезная должность его обязывала к тому «кормильцев».