Мёртвые не кусают?! Долг платежом кровью красен

Не соблюдая этикета – войдя в кабинет первым – Иванов рухнул в кресло, и, как наждачной бумагой, прошёлся скрежещущим «ветеранистым» носовым платком по мокрому лбу.

– Продолжим… Итак: картина под названием «случайная встреча у входа в „гадючник“». Докладчик – Прохорова Анна Николаевна… Сударыня – Вам слово.

С почти достоверной застенчивостью «докладчик» потупила взор.

– Ну, меня… всех нас у входа в… пусть будет в «гадючник»… встретили Руслан с Магомедом… Там, внутри, мы познакомились с остальными… хм… как бы это…?

– Членами трудового коллектива, – полусонным голосом «помог» Иванов.

Анна и остальные девчонки рассмеялись. Контакт намечался – к установлению самого себя. Для дела, пусть ещё и не существующего, это было хорошо. А, если и не хорошо, то полезно.

– Да, спасибо, товарищ следователь… Александр Сергеевич…

Уточнение было многозначительным. Ещё многозначительней оказался взгляд Анны, «обещавший радости рая», и уже не из романса.

– И каковы были числом те, остальные? – мужественно преодолел искушение Иванов.

Девица поморщилась: вспоминания явно не относились к числу приятных.

– Ещё двое…

– То есть, всего – четверо?

– Да.

– И?

Анна в очередной раз замялась.

– Ну… всё было нормально…

– В каком смысле?

Иванов и не подумал отказаться от роли «банного листа». Осознав бесперспективность афронта, «докладчица» принялась шумно отдуваться.

– А, если углубить? – опять «не снизошёл» Иванов.

Девица «смущённо» уставилась в пол.

– Ну… мы… это…

– Вы – «это», а я – «не»! – вдруг оппонировала молчавшая доселе третья подружка, самая неказистая из всех: ниже среднего роста, с рядовым лицом, рядовыми ногами, обычными тёмно-русыми волосами, правда, с хорошо сформировавшейся грудью и коварным взглядом.

– Представьтесь, пожалуйста.

Иванов опять вернул щеку «в объятия ладони».

– Михалёва Люда… Людмила… двадцать два года.

– И что Вы «не», Люда… она же – Людмила?

Михалёва покраснела.

– Ну… в том смысле… что я с ни с кем…

Девушка искала слово – и не находила его. Пауза затягивалась – и Александр Сергеевич «пошёл на джентльмена»:

– Ни с кем не уединилась. Так?

– Да.

Михалёва отметилась в следователя тёплым, почти благодарным взглядом. Контрастируя с ним, взгляды подружек, обращённые на Людмилу, были совсем другой энергетики. Подружки и не скрывали осуждения «третьей из трёх» за её афронт, как сегодняшний, так и тогдашний.