Мёртвые не кусают?! Долг платежом кровью красен

И всё это на фоне того, что в оставшуюся декаду Иванову предстояло закончить производством десять уголовных дел, не считая тридцати «отказных» материалов! А что значит: «окончить производством»?! Это значит, что обвиняемым во всем делам, направляемым в суд, надо было предъявить «окончательное» обвинение, потом ознакомить потерпевших с материалами дела, и, наконец, в присутствии адвоката выслушать от обвиняемого заявление о его полной невиновности, выбитых из него показаниях и зубах и «стопроцентной» фальсификации дела!

И «на всё, про всё» – десять дней, считая и воскресенья! Хорошо ещё, что в марте тридцать один день, не то Иванову, как и любому другому «следаку» на его месте, пришлось бы каждый оставшийся день «кончать жизнь самоубийством»!

В самый разгар тризны по себе и ещё даже не возбуждённому делу зазвонил аппарат.

Не ожидая ничего приятного, Иванов без энтузиазма поднял трубку.

– Сергеич, привет: Толик! – прогудела трубка «не определяемым» на слух голосом начальника ОУР капитана Галимова.

Сердце Иванова дрогнуло: сейчас «обрадуют» окончательно! И как это он мог забыть про «ментов»?! Вот, уж, действительно: «слона-то я и не приметил»!

– Привет, Толик.

Иванов дрогнул не только сердцем, но голосом: «я не могу иначе», как справедливо заметила одна певица, до этого уже сознавшись в том, что и «сердце моё – не камень».

– Как настроение, Саня?

– Бодрое – уже на дне, – на всякий случай, тут же упал духом Иванов: «ну, чтобы два раза не ходить».

Да и перспектива внеочередного «облома» показалась отчего-то такой близкой и понятной. Наверно, «от жизни такой». – Что, хочешь «ещё больше поднять» его?

– Нет, – рассмеялся в трубку начальник ОУР. – Не «больше» – просто.

У Иванова начало отлегать от сердца: неужели он ошибся с прогнозами?!

– Не томи, братан!

– Мы тут «загораем» в Зеленодольском отделении, – не стал томить «голос оттуда».

 – А знаешь, почему? Ждём тебя. Так что, подскакивай, и немедленно!

– Кого-то взяли? – «частично воскрес» Иванов.

– Смешной вопрос!

Соответствуя заявлению, трубка хмыкнула и даже хрюкнула.

– Всех, конечно!

– И урода – тоже?

– И урода – тоже! Так, что, давай, Сергеич: «дуй» к нам! Как говорится, «и жьдём Вас!».

– Ужо буду!

Одной рукой Иванов ещё «дрожал в трубку», а другой уже собирал «дипломат».

– «Ужо буду»!..