Свобода, власть и либерализм

К свободе, понятой всего лишь на юридическом уровне – и не выше».

Это, по его мнению, в частности, «Свобода! – сбора сплетен, когда журналист для своих интересов не пожалеет ни отца родного, ни родного Отечества. Свобода! – разглашать оборонные секреты своей страны для личных политических целей. Свобода! – бизнесмена на любую коммерческую сделку, сколько б людей она ни обратила в несчастье или предала бы собственную страну».

Александр Солженицын считает, что «Все эти свободы юридически часто безупречны, но нравственно – все порочны. На их примере мы видим, что совокупность всех прав свободы – далеко ещё не есть Свобода человека и общества, это только возможность, она обращаема по-разному. Всё это – невысокий тип свободы. Не та свобода, которая возвышает человеческий род.

Подлинно человеческая свобода – есть от Бога нам данная свобода внутренняя, свобода определения своих поступков, но и духовная ответственность за них. И истинно понимает свободу не тот, кто спешит корыстно использовать свои юридические права, а тот, кто имеет совесть ограничить самого себя и при юридической правоте. Не тот, кто спешит выиграть благоприятный судебный процесс, но кто имеет благородство отказаться от него, – напротив: публично открыть свои промахи или проступки.

Таким образом, Солженицын ввел еще один термин: «подлинно человеческая свобода». Он совершенно справедливо заметил, что обеспечения свободы человека недостаточно законов, нужны еще и другие нормы и правила поведения.

Но честь – это не единственный фактор, который определяет поведение человека в обществе по отношению к другим людям. В частности, эти же цели преследует протестантская этика. Один из основоположников концепции социально-рыночной экономики Вильгельм Рёпке в книге «Гуманная экономика.