За спиной адъютанта Его превосходительства. Книга первая

«Невозможность Центра нарадоваться» приобретала для Михаила Николаевича столь конкретные формы, что, в конце концов, он и сам вошёл во вкус разведывательной деятельности. А со временем, окончательно утратив возможность повторной ренегации, незаметно для себя он стал «служить» пусть ещё и не идее, но уже и не только кошельку. Сам для себя он деликатно определял эту трансформацию «спортивным интересом».

Естественно, получая «оттуда» благодарности для последующей их передачи «отважному разведчику», жадноватый Платон Иваныч уже не мог отказать «герою» в возобновлении кредитной линии на льготных условиях.

…Занималось малороссийское лето девятнадцатого года…

Глава восьмая

Закон Мёрфи гласит: «Если неприятность может случиться, она случится обязательно». Жизнь ещё раз подтвердила эту истину: красные» взяли Киев. Как раз вскоре после встречи «Сёмы» и «Ксени». Атаман со своим штабом «откочевал» в Винницу, а Аксинья с мужем перебрались в новоявленную столицу Советской Украины.

Чета Спиральских – по фамилии Виталий Палыча, последнего мужа Аксиньи Андревны – обосновалась в уютном особняке в самом центре города. Виталий Палыч возобновил адвокатскую практику, в каковой он весьма преуспевал до переворота, а Аксинья Андревна приняла на себя обязанности по ведению домашнего хозяйства – благо, они были не слишком обременительными.

Закончив с обустройством жилых помещений, которые сводились исключительно к даче руководящих указаний прислуге, Аксинья Андревна вспомнила о «слёзной» просьбе «головного атамана», и решила соблюсти «джентльменское соглашение».

Никаких затруднений с «внедрением» не возникло. Помимо бумажки с паролем, которую она могла «унаследовать» только от «самих Семён Васильича», немаловажное значение имело и реноме Аксиньи Спиральской – по предпоследнему мужу Осмоловской. До революции Аксинья Андревна обреталась в самых высших слоях «высшего света».

О её связях и влиянии ходили легенды не только в Москве и Киеве, но и в Петербурге.

Представление же нею интересов «самостийников» никого не могло удивить. Эта женщина всегда отличалась экстравагантными поступками и экстравагантными же любовниками, каковых – и тех, и других – в её «арсенале» было великое множество. И потом, по одной из «веток» Аксинья Андревна была шляхтянкой, происходящей из старинного и знатного рода.