За спиной адъютанта Его превосходительства. Книга первая

Единодушно клеймим эти безобразия позором и нехорошими словами. Вносим на рассмотрение друг друга резолюции с осуждением указанных безобразий. Делимся мечтами о том, как хорошо было бы изгнать большевиков. Проводим также много другой полезной работы… Да мало ли, что!

Лицо Аркадий Леопольдыча так искусно изобразило значительность вкупе с гордостью за результаты «многотрудной деятельности», что Аксинья Андревна не смогла удержаться от смеха.

– Да-а-а, Фронтом выполнен действительно гигантский объем работы по подготовке свержения Советов!

Пинский вздохнул.

– Но больше всего мы мечтаем о том, что когда-нибудь, кто-нибудь даст нам хоть что-нибудь на многотрудную подпольную деятельность! А то дошло уже до того, что чай стали пить морковный!

Он повёл рукой в сторону заварного чайника, и искоса хитрющими глазами взглянул на Спиральскую.

Заметив этот взгляд, Аксинья Андревна понимающе усмехнулась.

– Я думаю, Аркадий Леопольдыч…

Она извлекла из сумочки пачку купюр и, не считая, отделила несколько «катерин».

– … мы с Вами найдём общий язык. Конечно, при условии, что Вы и в дальнейшем сохраните то самое благоразумие, которое демонстрируете сейчас.

Бумажки перекочевали в руки Пинского.

– Значит, мы с Вами условились, что не будем мешать «отважным героям подполья» совершать их каждодневные «подвиги»…

Пинский не выдержал и хохотнул: этой женщине определённо следовало родиться мужчиной!

– …на своих «опасных» заседаниях. Пусть воюют себе под водительством Виталий Палыча! Но чтобы они не выкинули какой-нибудь фортель, я должна быть в курсе всех их, так сказать, дел.

Вы меня понимаете?

– Ваш покорный слуга!

Пинский благородно оторвал зад от потёртого стула.

– А работать Вы будете только со мной – если возникнет необходимость в этом. И на посошок: мы с Вами не виделись с семнадцатого года!

…Заканчивался май девятнадцатого…

Глава девятая

Леонид Островой, бывший штабс-капитан лейб-гвардии Преображенского полка, дворянин и разорившийся помещик из мелкопоместных, уже четвёртый месяц «работал» «батькой Дьяволом».

Четвёртый месяц «борцы за народное счастье» наводили совсем не благоговейный трепет на жителей окрестных сёл. Самих жителей «батька» не трогал. Не от доброты и не по роли «заступника за народ»: трогать можно было только самих жителей. Иного «движимого имущества» в наличии не имелось. В этом «Дьяволу» здорово «помогли» атаманские гайдамаки. Их «помощь» избавила «батьку» и от проведения мобилизации.