За спиной адъютанта Его превосходительства. Книга первая

– Вот, поступило заявление от гражданки…

Как бы ни был Сазанов захвачен соблазном – а службы не забывал: успел, таки, отобрать заявление! И это – несмотря на экстремальные условия работы! Что значит верность долгу!

– Здесь сообщается, что ночью у неё объявился небезызвестный бандит Макар Кусачий – «незалежник» и «дьяволовец». Надо брать!

Шевеля губами, «Чекист» «по складам» ознакомился с заявлением.

– Вот, что… Ты занимайся текущими делами: нечего отвлекаться на всякую шелупонь! Я сам, лично, возьму гада!

– Нет, нет: я – следом!

Сазанов выразил служебный энтузиазм уже в спину «Чекисту».

Не оборачиваясь, тот лишь махнул рукой. Истолкование оставалось на усмотрение Сазанова – и он немедленно истолковал, уже на бегу засовывая за пояс револьвер.

…Макар проснулся с каким-то скверным чувством на душе. Вроде и причин для этого не было: так «вспахал» Одарку, что уже члена не чувствовал! Но что-то было не так. Он отбросил руку на тело Одарки: тело в наличии отсутствовало.

Он тихо позвал «любимую». Ответом ему было молчание. И тогда Макар пулей вылетел из постели: сказывался «повстанческий» опыт. Стремительно натягивая подштанники, он осторожно выглянул в окно.

Сердце его бешено заколотилось: у возов стоял здоровенный мужик в кожанке. Ему даже не требовалось предъявлять мандат: название учреждения было написано на его физиономии. Дополнительным антуражем – для совсем уж дураков – работали кожаная фуражка с красной звездой и огромный маузер в деревянной кобуре, болтающийся на правом боку этого «прохожего».

«Возы! – простонал Макар. – Возы-то ещё не разгружены!» Действительно, Одарка отдалась ему почему-то так скоропостижно, что было уже не до возов.

Он в отчаянии заметался по хате: и его заветный «винтарь», укрытый хворостом, также был недоступен ему сейчас.

В дверь застучали, и грубый голос требовательно пробасил:

– Откройте: Чека!

«Пропал!»

Душа Макара тут же отработала в унисон мысли.

Она так быстро ушла в пятки, что он и не успел её задержать.

«Бежать! А куда? И как бежать от своего добра: ведь здесь – всё, что нажил непосильным трудом! Что же делать? Что делать?»

Мысли его метались по черепу так же хаотично, как и тело – по избе.

– Открывай, Кусачий: чего канителиться!

«Вот и всё! – с тупым безразличием подумал Макар, реагируя по ситуации и в целом правильно: непроизвольным мочеиспусканием и калоизложением.