Алжир у трёх дорог

, где теперь не имел ни кола ни двора и ровно через год умер (Julien Ch.-A. Histoire de l’Algеrie contemporaine. Paris: PUF. 1964, р. 498).]; другие члены этой знатной семьи бежали в Тунис и помогли французам (как проводники и соратники) в его завоевании (1881 г.)[54 - Рамбо А. / История XIX века…с. 221–224.]. Простые мятежники были лишены части своей земли, а за оставшуюся у них часть должны были выплатить контрибуцию французским властям. Как результат, львиная доля их пригодной к обработке земли была секвестирована и перешла к новым поселенцам.

Между тем Антиеврейская лига, созданная в Алжире вслед за изданием «декрета Кремье», оказалась живучей. Она бурно реагировала на «дело Дрейфуса», учинив в 1898 г. травлю местных евреев, одного из которых линчевали, снова потребовала отмены пресловутого декрета и провела в мэры Алжира своего кипучего лидера, натурализованного француза итальянского происхождения Массимилиано Милано, подстрекателя погромов.

Юдофобы почувствовали себя хозяевами положения и тотчас потребовали отставки слишком либерального генерал-губернатора. Случившиеся впервые в январе 1898 г., погромы прокатились с новой силой в сентябре следующего года. В ходе них обнаружилось, что алжирские департаменты были единственной территорией Франции, где антисемитский угар сказался на избирательном процессе.

Печальные события тех лет не прошли без следа, завещав свой груз ХХ столетию, и сыграли свою роль в развитии перекрестно негативного восприятия еврея (полуевропейца, полутуземца в глазах французских шовинистов и мусульманских националистов, нашедших свою точку соприкосновения в доморощенном алжирском антисемитизме, обострившемся на фоне экономического кризиса 30-х годов прошлого века).

Параллельно складывалась особая социальная психология европейского меньшинства Алжира, культивировавшего идею собственного физического и морального превосходства не только над «дикими» арабами, в сражении с которыми гибнет под г.

Джиджель[55 - Во французской литературе часто упоминается как Джиджелли.] литературный герой Дюма, виконт де Бражелон, но и над «скаредным, вялым и т. п.» населением метрополии.