Шишки жизни, как убрать

Внезапно Андрей поймал себя на мысли, что уже около десяти минут бессмысленно пересматривает список контактов в телефоне. Да… совершенно очевидно, что ему хотелось выговориться, поведать о всех своих волнениях и посвятить кого-то в свои мысли, быть может, сообща в беседе найти выход. Но с кем поговорить? Юрка – он, конечно, проницательный очень, но все-таки человек несемейный и вряд ли поймет его проблемы. Елена (Елена Павловна – один из завучей в школе), единственная из коллег, с кем у него сложились теплые, доверительные отношения, всегда советовала ему одно и то же: разводиться, забирать дочь и уезжать в Москву.

Но он знал, что это не выход. Мама… нет, о том, чтобы звонить среди ночи матери и говорить с ней о том, что у него на душе, не могло быть и речи. Зинаида Федоровна, которая с самого начала была против его поездки в глубинку и только два раза за все годы его проживания здесь приезжала в гости (в остальное время он приезжал к ней в столицу сам), естественно, отреагировала бы эмоционально. И поэтому тревожить ее Андрей не хотел.

Нащупав кнопку блокировки, он погасил экран телефона и задумался снова: «А ведь действительно выговориться было нелишним». Внезапно его осенило. Вновь включив экран телефона, он забил в строке поиска имя, которое хорошо запомнил после разговора в кафе: «Загорская Юлия». Да, она известный психотерапевт, мотивационный психолог, практикующий гештальт-техники, пять лет стажа, автор научных статей и нашумевшей книги «По жизни с улыбкой» тиражом более чем в миллион экземпляров.

Презентация книги прошла годом ранее, Книга разошлась.

Встав с кресла, Андрей, не включая свет, проследовал в прихожую, нащупал портфель, в нем бумажник и достал визитку с приглашением, а после торопливо вложил ее за чехол телефона, чтобы не потерять. И улыбнулся сам себе. Он напоминал себе школьника, который в темноте от всех скрывает какую-то тайну. На душе стало легче. Андрей заглянул в комнату к дочери, она уже спала. Маша, несмотря на произошедшую размолвку, все-таки, как всегда, позаботилась о дочери.

Целуя Лену в лоб на ночь, Андрей подумал о жене: «Хорошая она у меня все-таки, просто я запутался и не знаю, что делать, не знаю, как исправить ситуацию».

В супружеской спальне было тихо и темно. Маша уже спала, и это его радовало. Быть может, он поступил неправильно, не поговорив с ней, но сейчас не хотелось видеть ее слезы и слушать ее упреки снова. Андрей тихонько лег рядом и практически мгновенно провалился в сон.