Космология. Книга I. Insight

Мои чувства и мысли над бездной застыли

И «скафандра» защита трещит по всем швам,

Перед тем, что сейчас на мгновенье открыли,

Перед тем, что не властно трёхмерным словам:

Бог не видит тебя, Он лишь смотрит тобой!

Как и ты, когда любишь кого-то без слов,

Прикасаешься сердцем своим и судьбой

Его чистых, предвечных, бытийных основ…

Бог не любит тебя, Он лишь любит тобою!

Как и ты, когда смотришь в родные сердца,

Оставляешь все распри свои за спиною

И идёшь на распятье, ради них, до конца!

Начиналось всё так, что малейшая мысль об этом, не говоря уже об участии, вызывала чувства, аналога которым найти невозможно.

Невозможно по той причине, что сами чувства ещё не сформировались в ту субстанцию, которая могла бы служить адекватным инструментом нашей сущности, в вопросах определения реальности. Может именно по этой причине, то, что произошло – невозможно назвать реальностью. Каждый может вспомнить то мгновенье, когда в пелене ещё несформированных мыслеобразов, как из-за полупрозрачной ширмы, проглядывается еле узнаваемый силуэт. Именно это состояние, как за руку, ведёт нас к главному…

Узнаёшь? Если узнаёшь, то ты из той категории людей, которые могут найти «комбинацию прорыва», комбинацию выхода, того единственного варианта, который обусловлен свободой воли.

Это Универсальный Принцип Творения. Если я откликаюсь на Зов, если он увлекает меня – значит, я не просто способен развиваться и эволюционировать, но и стремлюсь к этому…

С этого момента начинается мистерия, передать которую словами невозможно! Но есть в нашей реальности ключ, который спрятан «на поверхности».

Библия? Нет – это только «замочная скважина» к тому, что там… Мы долго можем всматриваться в «скважину», но не открыть дверь – более страшная перспектива. Так, где же ключ? Может он стоит перед тобой, как тот еле узнаваемый, размытый силуэт. Он становится ярче и отчетливей, когда ты становишься мудрей и опытней. И тает в дымке ментального тумана, после того как ты самоуничтожаешь уже пройденный путь чувством ложного смирения и отчаянного чувства вины.

Последнее – никак не может быть сравнимо с покаянием, ибо оно есть высший дар человеческому сердцу.

… И не каждое сердце вынесет тот дар внутренней свободы, бремя которого в покаянии мира пред будущим его потомков.

Те люди, что идут за нами

Здесь будут не всегда…

И в промежутках меж веками

Нам светят звёзды иногда.

С орбит срывали мы кометы

И разрушали города.