Мёртвый пояс Галактики

И теперь помножь их интеллект, их неуязвимость на ненависть к биологическим формам жизни! Земные киберы не будут уничтожать нас походя, только ради того, чтобы мы им не мешали. Нет. Они будут уничтожать нас целенаправленно, получая от этого удовольствие. А кто же откажется от удовольствия? Разве что – ты! – Ашша презрительно покрутила над пластиной стреком. – Вот какую угрозу существованию всей нашей цивилизации мы имеем на сегодняшний день. Ликвидировать эту угрозу – наша задача. Но ликвидировать её нам надо таким образом, чтобы у дикарей данного сектора космоса не возникло никаких сомнений по поводу наших самих благих намерений на их счёт.

Ради Великого Синтеза мы должны быть крайне осторожны. Если будущим шаупам только почудится, что мы покушаемся на их свободу – это может привести к большим осложнениям. Генетики надеются на особо богатый урожай именно здесь.

– Тебе обмануть их будет нетрудно, – Шунтонк чуть растёкся на поддонники, выражая тень печали о тех, за кем он следил уже много лет.

– Еще бы, – края Ашши весело приподнялись. – Эти тупицы до сих пор верят в существование самого демократичного в Галактике Большого союза.

– Мне трудно понять, чем ты отличаешься от кибера, – вздохнул Шунтонк.

– Послушай ты, жестколобый, – вздыбилась Ашша. – Быть сырьём для Великого Синтеза – большая честь, которую Император и Государственный Совет предоставили великодушно этим дикарям. Мы их не уничтожаем – мы их опекаем.

Несчастные вымирающие расы должны быть благодарны нам, если хотя бы часть их генов не пропадёт вместе с ними. А теперь слушай меня внимательно. Решая, что делать с киберами, я не должна ошибиться. Но, чтобы быть уверенной в том или ином решении, мне не хватает информации. Поэтому, учитывая, что ты – несчастный трус, прячущийся за выдуманную тобой байку о кровожадности агентов стрека, я оставляю тебя на корабле, а сама десантируюсь вниз, на Компьютер для разведки.

Ашша знала, что она наиболее эффектно выглядит в позе негодования: верхняя пластина приподнята и сдвинута назад, глаза сверкают перламутровым созвездием, зеленоватый оттенок кожи уступает место мраморной бледности, по телу бегут медленные волны. Она видела, что Шунтонка пронзил огонь вожделения.

– Я всё сказала, – неожиданно успокоившись, она свернулась в шар и быстро укатилась в автоматически приоткрывшуюся дверь.