Книга об истине и силе

Перевод

Когда всматриваешься, не улавливая зрением, возникает состояние, которому подходит имя «Рассеянное».

Когда слушаешь, но не улавливаешь слухом, возникает состояние, которому подходит имя «Разреженное».

Когда, стараясь ухватить, не удерживаешь, возникает состояние, которому подходит имя «Тончайшее».

Эти три состояния нельзя описать через определения, ставя вопросы.

Они смешаны в мире и представляют собой единую неделимую сущность. При движении вверх оно не испускает света. При движении вниз оно не затмевает.

Оно подобно состоянию постоянно ускользающей нити. Нельзя определить его именем.

Оно постоянно возвращается в состояние отсутствия воспринимаемых вещей.

Оно определяется как облик отсутствия облика или образ отсутствия предмета.

Можно говорить о нем как о трепете и мерцании.

Устремись к нему навстречу, а ничего не будет пред тобой.

Попробуй преследовать его, а нет у него и спины.

Настоящим можно управлять, лишь сосредотачивая свое внимание на Пути древности.

Нужно уметь распознавать точку начала древности. Именно оттуда можно нащупать состояние, которое определяется как «Путеводная нить».

Размышления на тему

Очень важно в нашей человеческой жизни научиться видеть невидимое. Ведь это невидимое находится не где-то далеко-далеко, за горами, за небесами, за семью печатями. Если и есть эти печати, скрывающие и прячущие двери в пространство тайны, пространство чуда, то они находятся прямо внутри твоего поля зрения, пространства твоих всевидящих глаз.

Глаза, конечно, у тебя всевидящие, только это все очерчено границами твоего мирка, трясинами, болотцами мелких пристрастий, заборчиками твоих привычек, ловушками надоевших закольцовок, ведущих тебя по кругам обстоятельств туда, где ты находишься сейчас.

Ну и как же можно выбраться из такого уютного, такого пропахшего кислятиной обыденного пространства до того надоевших тревог, что потроха твои внутри трескаются и лопаются, выбрасывая наружу зловоние, ибо не справляются с этими движениями.

Да и у кого на это сил хватит. А ты, привязанный этими движениями к своей дорожке, ходишь не просто по ней, а только вместе с ней и ходишь. И видишь только эту дорожку. Она неотделима от твоей ноги, от твоего закоснелого взгляда. Ты и не отличаешь одно от другого. Ибо дорожка твоя – это твой способ ходить по миру. Она обозначена в мире привычным сочетанием и порядком цветов, от белого к черному, потом к красному, давай сюда синий, а дальше зеленый.