Книга отзывов и предисловий

Сборник завершается прекрасным переводом стихотворения молодой украинской поэтессы Катерины Бабкиной.

Мои бедные соседи по плане…

по планете, по планетной ли системе,

залегли, как головастики на дне,

а над ними только водорослей тени,

только заросли неведомых следов,

только отзвук, только отзыв, только зов

затянувшийся, занывшийся, затяжный,

как солдатик, никому уже не важный.

Инна Лиснянская. Вдали от себя. СПб.: Издательская группа «Лениздат»; «Команда А», 2013

Воздух

В новую книгу Инны Лиснянской вошло немного ее старых стихотворений (начиная с 1970?х) и большой корпус текстов, написанных в 2000–2010?х; в частности, почти целиком представлена недавняя книга «Гром и молния».

Просодия поздних стихов Лиснянской становится все более «классической» – и при этом по-новому упругой. Почти всегда мы встречаем регулярный метр, иногда разбавленный дольником; новые стихи – чаще всего миниатюры, на пространстве которых Лиснянская может уместить горячее и энергичное сообщение:

Говорят, брожу вдоль пропасти,

С крыши двигаюсь на крышу,

Для меня все это новости,

Я впервые это слышу.

Странно то и дело встречать в этих «классичных» стихах слово «компьютер».

Стихи 2012 года – это почти «записная книжка поэта», стремление зафиксировать нынешнее состояние афористично, емко, но и с нехарактерной для ранних стихов Лиснянской игривостью («Страшновата тихая молния / Угрозы жизни не без»); в этом теперешняя поэзия Лиснянской сближается с теперешней поэзией Натальи Горбаневской; есть и примеры текстуальных совпадений: «Сколько тайного звона, / Вспышек мгновенных – / От анемонов, / От цикламенов! / Боже Всевышний, / Света источник! / Здесь я не лишний / В мире цветочек» – ср.

у Горбаневской: «Господи, услыши мя, / я тебе не лишняя».

В помин уму, душе в помин

На камне собственных руин

Я заявление пишу

О том, что я еще дышу

Геранью, лавром, морем,

Своим и рыбьим горем.

Алексей Колчев. Частный случай. Шупашкар: Free poetry, 2013

Воздух

Букет технических ассоциаций – Некрасов, Пригов, Макаров-Кротков, Нугатов, Василевский – нужно отбросить: ну да, похоже, но скорее нужно говорить о влиятельности всего этого конкретистского центонно-фрагментарного языка, идеального для бытовых каталогов и пессимистичной иронии; на самом деле большее родство у Колчева – с Игорем Холиным, конкретно – с его «Бараками».