Все книги о монахе, который продал свой «феррари»

– Ладно, оставим мои мысли в покое и перейдем к твоим сегодняшним поступкам. Возьми-ка лист бумаги и запиши все, что ты сегодня сделал.

Я с воодушевлением подчинился. Я понимал, что сейчас делаю нечто очень важное. Впервые за много лет я писал не протоколы и заключения, а то, что совершил сам. Это было непривычно, но в этом была своя логика. В самом деле: как я могу улучшить собственную жизнь, не зная, что в ней не так?

– С чего же начать? – растерялся я.

– Описывай подробно, что делал утром, днем, вечером.

Все, что вспомнишь. Время еще есть, так что мы успеем поработать с этим «документом». Даю тебе несколько минут. Потом мы снова вернемся к притче о саде сознания.

– Ок. В семь утра мой «электронный петух» возвестил о начале нового дня, – шутливо начал я.

– Прошу, Джон, соберись, – сказал Джулиан серьезным тоном. Но в глазах его плясали озорные огоньки, и я понял, что мой веселый настрой ему по душе.

– Хорошо. Я умылся, побрился, глотнул кофе и отправился в офис.

– А что Дженни и дети? – вспомнил он о моих домочадцах.

– Они в это время еще спят. Я зашел в офис и обнаружил там своего клиента, который перепутал время и вместо половины восьмого пришел в семь утра. Он был очень раздражен и свалил всю вину на меня.

– А ты?

– И я не остался в долгу. Я же ни в чем не виноват!

– Вот как? Ну, и что было дальше?

– Дальше было хуже. Раздался звонок – секретарь суда сообщила, что судья Монстрозуб немедленно вызывает меня к себе и если я не появлюсь через десять минут, то всем придется несладко.

Ты не забыл Монстрозуба? Это же ты его так прозвал за то, что он взъелся на тебя, когда ты поставил свой «феррари» на его парковочном месте! – Воспоминание вызвало у меня приступ смеха.

– Как же, как же! – расхохотался Джулиан.

– Я полетел в суд и по дороге умудрился поцапаться с коллегой. Когда я вернулся на рабочее место, мой автоответчик раскалился от срочных сообщений. Идем дальше?

– Да, конечно!

– Когда я ехал домой, позвонила Дженни и сказала, что ее мать испекла нам пирог – а это она умеет делать как никто другой.

Но по дороге к теще я попал в дичайшую пробку. Как раз начался час пик, жара под сорок, я стоял и терзался тем, что теряю время в этой невыносимой духоте.

– И что ты чувствовал?

– Я сидел и орал благим матом, кляня и пробку, и тещу с ее пирогами, и все на свете. Тебе нужны конкретные выражения?

– О нет, я стараюсь не впускать подобные слова в сад моего сознания, – мягко отказался Джулиан.