Взгляд внутрь болезни. Все секреты хронических и таинственных заболеваний и эффективные способы их полного исцеления

«Рак», – говорю я.

«Легких».

«Легких», – повторяю я.

Теперь вся семья уставилась на меня.

Я неотрывно смотрю на старика.

«Теперь скажи: “У бабушки рак легких”».

«У бабушки рак легких», – говорю я.

И слышу, как вилка со звоном падает на пол.

Седовласый старик убирает мою руку с бабушкиной груди. Затем он поворачивается и начинает медленно взбираться вверх по невидимой лестнице.

Он оглядывается и говорит: «Ты будешь всегда меня слышать, но может случиться так, что ты никогда меня не увидишь.

Но ты не волнуйся». Он продолжает взбираться вверх, пока не поднимается к самому потолку моего дома – и теперь уже точно исчезает.

Бабушка уставилась на меня. «Ты это сказал или мне послышалось?»

За столом начинается паника. Впрочем, по ряду причин никто не придает значения случившемуся – мы все знаем, что бабушка в добром здравии. Она никогда не жалуется на недомогания и никогда не бывает у врачей.

На следующее утро просыпаюсь… и опять слышу тот же голос: «Я – Высочайший Дух.

Нет духа выше меня, кроме Бога».

Как и в прошлое утро, озираюсь, но не вижу никого.

С тех пор я слышу этот голос каждое утро.

Между тем бабушка глубоко потрясена моими словами. Она хорошо себя чувствует, но все равно записывается на полное обследование.

Через несколько недель она идет к врачу – и на рентгенограмме обнаруживается рак легких.

Голос

Поскольку таинственный гость исправно приветствует меня каждое утро, я начинаю обращать внимание на то, как звучит его голос.

Высота его кристально чистого голоса где-то между баритоном и тенором – он чуть низок, но не слишком. В нем есть глубина и звучность. Он над моим правым ухом, но при этом в голосе присутствует стереофонический эффект объемного звучания.

По голосу трудно определить возраст. Иногда голос может принадлежать на удивление сильному и крепкому восьмидесятилетнему старику, напоминая мне видение за обеденным столом. Иногда он звучит так, как будто его обладателю тысячи лет.

Вы могли бы сказать, что его голос нежен.

И все-таки я не привык к нему.

Другие медиумы иногда слышат внутренние голоса, но мой не таков. Мой голос звучит прямо над правым ухом, словно кто-то стоит рядом. Я не могу приказать ему замолчать.

Я могу приглушить его. Закрывая ухо рукой, могу резко ослабить голос. Но как только убираю руку, он снова звучит в полную мощь.

Я прошу его перестать, сначала вежливо, потом грубо.

Но мои слова не производят никакого эффекта.