Кроличья нора, или Что мы знаем о себе и Вселенной

Тогда, какой бы рецепт вы ни использовали, ваша выпечка будет всегда выглядеть практически одинаково.

    – Уилл —

Так кто же теперь захватил монополию на толкование истины?

Две стороны одной медали…

Сначала церковь, а теперь новое «духовенство» – ученые.

Подумайте об этом…

• Вы бы хотели иметь право толковать истину так, как вам вздумается?

• Что означает для вас духовность?

• В чем различие (если оно есть) между догмой и законом природы?

• Какими догмами вы руководствуетесь в вашей жизни?

• Как они влияют на ваше самоощущение и восприятие окружающей действительности?

• Используете ли вы научный подход в своей жизни?

• В чем различие между наукой и религией?

• Как противоречие, лежащее в основе их конфликта, влияет на ваше восприятие себя, других людей и окружающего мира?

• Вы считаете, что отделены от природы, или ощущаете с ней неразрывную связь?

• Вы когда-нибудь чувствовали себя ящерицей? Вы можете отрастить новый хвост?

Смена парадигмы

Мне нужно много людей, бесконечно несведущих в том, какое дело не может быть сделано.

    Генри Форд

Парадигма и теория – не одно и то же

Теория – это последовательность идей, объясняющих нечто. Например, Дарвин создал теорию, которая объясняла эволюцию органического мира. Любая теория должна быть проверена, доказана или опровергнута путем проведения экспериментов и логических рассуждений.

Парадигма, с другой стороны, это набор предположений. Она не подлежит проверке: фактически это нечто неосознаваемое.

Это часть «модус операнди» (образа действий) индивидуума, или ученого, или целого общества.

Парадигма никогда не подвергается сомнению – просто потому, что это никому не приходит в голову. Люди как будто смотрят на мир через пресловутые «розовые очки». Парадигма создает для нас реальность, в которой мы живем. Наше восприятие ограничено ее рамками, находится в пределах поставляемой ею системы представлений. Мы никогда не подвергаем сомнению эту интерпретацию – даже порой не знаем о ней, – пока не упираемся в стену.

Розовые очки разбиваются, и внезапно мир предстает перед нами совершенно иным.

Я начала разбираться в том, какие парадигмы управляют жизнью, и теперь могу объяснить себе, почему моя судьба складывалась так, а не иначе. Участие в создании фильма и этой книги разрушило во мне устойчивую бессознательную парадигму: «Я неумная и неловкая!» Несомненно, я была толковой, практичной и все быстро схватывала на лету.