Владивосток – Порт-Артур

И будет прекрасно понимать, что, возможно, именно наличие этих, неучтенных японцами в их расчетах кораблей спасет его жизнь. Как вы думаете, ваше величество, ваши моряки после этого будут более или менее внимательно прислушиваться к агитаторам, которые им в оба уха поют, что царю на них наплевать?

– Пожалуй, что менее… – задумчиво протянул Николай.

– В-третьих, если мы покажем нашим японским «друзьям», что раз уж мы смогли вывести пару броненосцев с Черного моря, значит, им придется в своих планах учитывать и весь остальной Черноморский флот.

А это для них катастрофа! В свете чего возможны предложения о мире еще до того, как Чухнин пройдет Сингапур. Кстати, полагаю, решить вопрос с турками Ламсдорфу там будет много проще, чем вам здесь с ГМШ, Генштабом, Скрыдловым, Рожественским и всеми остальными, кто видит целью своей жизни босфорский десант. И кто костьми ляжет против вывода черноморцев. Вспомните ругань с Дубасовым. Ведь все эти его «не могу», «невозможно» и «не хочу» были только из-за нежелания ослаблять Черноморский флот! Мол, с макаками и балтийцы на раз-два должны управиться…

– Но переход двух броненосцев без крейсеров, разведки, миноносцев во время войны… Не слишком ли рискованно? – попытался опять отмазаться Николай.

– Это с какой точки посмотреть. Вирениус оказался в положении еще более рискованном. А в данном случае нам можно подгадать выход черноморцев так, чтобы в Средиземном море они встретились с «Александром», «Суворовым», «Орлом», «Сисоем» и «Светланой», которые будут готовы к походу через месяца два – два с половиной.

– Господи… ну, как я могу бросить Аликс одну в такой момент?! Да еще на целый месяц! – снова запел уже поддоставшую Вадика песню несчастного мужа его величество.

– Ники, – внезапно вступила в разговор почти месяц не принимавшая активного участия в обсуждениях Ольга, – ты ведь помнишь того молодого офицера, с которым меня с год тому назад познакомил Мишель? Ну, он еще стал адъютантом у моего мужа… Да, вижу, ты вспомнил. Так вот, он отбыл с моим полком в Маньчжурию.

И погиб… В той злосчастной атаке! Мы с ним были близки… как только могут быть близки два человека, один из которых формально замужем и никак не может получить развода. Это по нему, не по всему моему подшефному, почти уполовиненному полку я, бессовестная, на самом деле ношу траур.

– Оленька, прости. Я не думал, что… Я, поверь, сочувствую твоему горю. Но зачем ты мне это сейчас рассказываешь? – ошарашенно пробормотал Николай.