Происхождение языка. Факты, исследования, гипотезы

Подобные примеры можно легко умножить, они возникают в процессе бытования языков с поразительным постоянством, и, вероятно, их появление обусловлено некой присущей человеку когнитивной установкой. Как пишет итальянский лингвист Витторе Пизани, «какой-нибудь элемент может приобрести значение, поскольку он случайно появился в одном или многих словах с резко выделяющимся значением»

. Наиболее известным примером такого рода является гамбургер: это слово (англ. hamburger, букв. ‘гамбургский [пирожок]’) было переосмыслено как содержащее элемент -бургер со значением ‘бутерброд определенной конструкции’[38 - При этом никого не смутил тот факт, что оставшаяся часть – ham – обозначает вовсе не котлету, служащую гамбургеру начинкой, а ветчину.

Такого рода смысловые «нестыковки» служат довольно веским аргументом в пользу того, что членение слова не соответствует его реальной этимологии

.] – и в результате появились такие слова, как чизбургер (бутерброд с сыром – от англ. cheese) и фишбургер (бутерброд с рыбой – от англ.

fish). Таким образом, если часть слова, осмысленная ad hoc, приобретет самостоятельность и способность сочетаться с другими морфемами, это может породить целый ряд слов с одним и тем же предсказуемым – хотя бы частично – приращением значения, т. е. одну из тех пропорций, которые, собственно, и составляют словообразовательную систему языка.

В некоторых работах упоминаются и другие когнитивные и поведенческие способности, без которых невозможно функционирование языка.

Так, Пинкер и Джакендофф

придают большое значение способности чувствовать ритм и действовать ритмично (она проявляется прежде всего в фонологии – чередовании тонов в тоновых языках, построении интонационного контура фразы и т. п.). Уникальность этой способности для человека обосновывается тем, что никаких других приматов невозможно научить двигаться под акустически задаваемый ритм – маршировать, топать ногами или бить в ладоши

. Впрочем, некоторое чувство ритма у обезьян все же есть: они могут ритмично ударять по своему телу или по подручным материалам

.

Среди других подобных способностей чаще всего, пожалуй, называют ту, которая по-английски называется theory of mind (а по-русски – «теория ума», «модель психического» или «компетентное сознание») – способность к пониманию ментального состояния другой особи (возможно, наилучшим переводом было бы «предположение о намерениях»

: у англ.