Перекрестки русского авангарда. Родченко, Степанова и их круг

Рассматривая эскизы светильников, можно подумать, что Родченко предвидел неоновое освещение, лампы дневного света. Настолько эффектно выглядят эти растушевки красного, синего цвета, выполненные карандашом. Возможно, часть из этих рисунков была начата еще в санитарном поезде, где был лишь блокнот и цветные карандаши с акварелью.

А. Родченко. Флаг. Элемент декоративного оформления кафе «Питтореск» в Москве. 1917

Главный интерес серии светильников заключен в авторской идее использовать чисто живописный элемент – плоскость – для конструирования утилитарного объекта.

В 1960-х годах живописец и декоратор Николай Лаков вспоминал свое впечатление от интерьера кафе:

«Внутреннее пространство кафе поражало своей динамичностью. Всевозможные причудливые фигуры из картона, фанеры и ткани: лиры, клинья, круги, воронки, спиралевидные конструкции. Иногда внутри этих тел помещались лампочки. Все это переливалось светом, все вертелось, вибрировало, казалось, что вся эта декорация находится в движении»[27 - Цит.

по: А. Райхенштейн. 1 Мая и 7 Ноября 1918 года в Москве (из истории оформления первых пролетарских праздников). – Агитационно-массовое искусство первых лет Октября. Материалы и исследования. – М.: Искусство, 1971. – С.101].

Левая федерация

События 1917 года описаны Родченко в воспоминаниях с разными акцентами.

В воспоминаниях о Татлине рассказывается о житейских делах: планах уехать на Урал или в Сибирь, добыче оружия и патронов, ночных дежурствах после февральских событий, избавлении от карабина и патронов после Октября…

«Владимир Евграфович нашел себе японский карабин, а мне – германский, патронов было целый ящик, да еще пулеметная лента и разрывные пули.

Все это я тайно от полиции принес домой, а жили мы с Варварой на Каретно-Садовой у хозяйки, муж которой был выслан как немец Вакхмейстер, я его и не видел. Комнату мы снимали на первом этаже, с двумя окнами. Между рамами под вату я сложил патроны, а карабин повесил за шторой у окна, она и днем и вечером его скрывала.

Там он довисел до Октябрьской революции.

Помню, что при первом перевороте были ночные дежурства во дворе от воров, но ружье было одно на пятерых, и когда пришло мое дежурство, ружья этого не оказалось, а я отказался дежурить без ружья, сказав, что мне охранять нечего, а если ко мне придут воры, то им не поздоровится.

А. Родченко. Беспредметная композиция. 1918

В. Степанова.