Специальный репортаж

– Ну, и как он тебе? – в голосе Казанцевой появилась некоторая фамильярность, она говорила так, будто меня не было в комнате.

– Произвел впечатление, – в тон ей ответила Таня.

– Я тоже от него без ума, – продолжала подтрунивать Казанцева. – Классный мальчик. И журналист талантливый, а какие статьи пишет – закачаешься. Правда, из его опусов еще ничего не напечатали.

Мне было обидно, что Лена пригласила меня в качестве объекта для насмешек, на языке вертелась колкая реплика, но бедро Тани приятно согревало мое бедро, и я мстительно молчал.

Наконец я «взорвал» бутылку шампанского и стал разливать «кипящий» напиток в фужеры.

– Напрасно смеешься, – сказал я с наигранной веселостью. – Между прочим, завтра у меня первое самостоятельное задание редакции.

– Да ну! – озорно повела своими диковинными глазами Лена. – И какое, если не секрет?

С тайной гордостью я заявил:

– Буду писать очерк о работе городского Управления внутренних дел.

– Ого! Вот это уже серьезно. – Лена все еще говорила так, будто я полный идиот.

Казанцева подняла фужер с шампанским: – Предлагаю выпить за начало блестящей карьеры!

Раздался звон фужеров, мы выпили. На этом дифирамбы в мою честь иссякли, и женщины заговорили на волнующие только их темы:

– Ах, какое у тебя платье!

– А ты знаешь сколько стоит?!

– Что ты?!

– Это еще что! Я недавно такие трусики отхватила. В институте все подруги ахнут!

И дальше в том же духе. Казалось, Таня не обращает на меня никакого внимания, но когда она перекидывала водопад волос со спины на грудь и я случайно поймал ее шальной взгляд, мне стало ясно: все ее движения, жесты, мимика, особые нотки в голосе – все, что она делала, это для меня.

Я задохнулся – никогда и никого раньше я так не обожал.

Открыто Лена не подавала виду, что мы близки, и мне это было не нужно, однако я часто ловил на себе ее интригующие взгляды, в которых иногда проскальзывало недовольство, но не придавал этому значения, ибо, как мне казалось, был в центре внимания, а если выражаться куртуазно, то в благоухающем обществе двух прекрасных дам, блаженствовал, как султан в гареме.

Я откинулся на спинку дивана – и ахнул… Сзади на Тане платья не было… Огромный вырез открывал спину и заканчивался ниже талии. Оттуда выглядывал краешек трусиков. Спина матово отсвечивала и, словно новый саквояж из дорогой кожи, манила провести по ней рукой, испытать на прочность. Соблазн оказался велик.