Отдельная реальность

Джон был тем самым человеком, у которого восемь лет назад мы брали пейотные батончики для моего первого опыта. Я не знал, что ответить. Дон Хуан пришел мне на помощь и сказал, что со мной все в порядке.

На обратном пути я почувствовал, что должен как-то объясниться по поводу вопроса, заданного Джоном. Среди прочего я сказал, что пейот меня более не интересует, так как связанная с ним практика требует особой отваги, а ее у меня нет, и что когда я говорил, что больше пробовать не намерен, то имел в виду именно то, что говорил.

Мы уселись на чистой площадке перед домом. Был теплый ясный день. Довольно сильный вечерний ветерок обвевал нас приятной прохладой.

– Что заставляет тебя так яростно сопротивляться? – неожиданно спросил дон Хуан. – Сколько лет уже ты твердишь, что не намерен больше учиться?

– Три года.

– Почему ты всегда говоришь об этом с такой страстью?

– У меня такое чувство, что я предаю тебя, дон Хуан. Наверное, потому я так часто все это повторяю.

– Ты меня не предаешь.

– Я тебя подвел. Я бежал. Я чувствую, что потерпел поражение.

– Ты делаешь все, что можешь, и никакого поражения ты не потерпел. То, чему я должен тебя научить, дается с огромным трудом. Мне, например, было еще тяжелее, чем тебе.

– Но ты не бросил, дон Хуан. Со мной все иначе. Я сдался. А приехал к тебе не потому, что собрался учиться. Просто я хотел кое-что спросить в связи с моей работой.

Дон Хуан секунду смотрел на меня, а затем отвел взгляд.

– Ты снова должен позволить дыму вести себя, – сказал он с нажимом.

– Нет, дон Хуан, я больше не могу. Похоже, я выдохся.

– Ты еще и не начал.

– Я очень боюсь.

– Ну и бойся на здоровье. Это не ново. Ты думай не о страхе. Думай о чудесах видения.

– Честное слово, я хотел бы думать об этих чудесах, да не могу… Когда я вспоминаю о твоем дымке, то чувствую, что на меня наваливается какая-то тьма. Так, словно на всей земле нет больше ни единого человека, никого, с кем можно перекинуться словом.

– Это неправда. Возьми меня, к примеру. Дымок – мой союзник, а я не ощущаю одиночества.

– Но ты другой. Ты победил страх.

Дон Хуан мягко похлопал меня по плечу.

– Ты не боишься, – сказал он. В его голосе слышалось странное обвинение.

– Но разве я лгу насчет страха, дон Хуан?

– Лжешь ты или нет – меня это не интересует, – произнес он сурово. – Меня волнует другое.