Несостоявшийся Горби. Книга вторая

При всей своей неоднозначной интеллигентности, Алиев был пожизненным чекистом – а для Романова это являлось, своего рода, «знаком качества».

Над столом переговоров, давно заслуженное и ожидаемое, повисло молчание. Не успев толком и начаться, разговор стремительно выходил на финишную прямую. Всё уже было ясно, но такой результат явно не устраивал «неприсоединившихся». Это напоминало – в переводе на язык спорта – нокаут уже в первом раунде: никакого же интереса!

Лигачёв снова «взялся за микрофон».

– Но… Григорий Васильевич, эти разногласия не обязательно должны мешать дружной… ну, хорошо, не «дружной»: слаженной… тьфу, ты… ну, в общем – нормальной работе членов Политбюро.

Лицо Романова вытянулось от удивления.

– А я Горбачёву не мешаю! Я занимаюсь промышленностью и ВПК, он – сельским хозяйством! Я не лезу в его «огород», и, если он не полезет в мой, то это – уже полдела!

– А какая «вторая половина»? – улыбнулся Алиев: остальным участникам квартета было почему-то не до улыбок.

Предваряя ответ, Романов «обошёл строй глазами».

– Горбачёв не будет лезть в Генсеки!

– А Вы? – моментально «выскочил из тени» Лигачёв.

– А я не претендую!

Романов с такой неожиданной легкостью «отрёкся от престола», что Лигачёв едва не подавился уже заготовленным обвинением Григорию Васильевичу «в собственном умышлении».

– И то, что я делаю, не есть моя личная претензия на власть: я всего лишь не хочу пустить туда Горбачёва и таких, как он!

Лицо Романова неожиданно исполнилось чуть ли не плакатного озарения – редчайшее состояния для этого, донельзя практического человека.

– Запомните сами – и передайте Горбачёву!

Квартет дружно подался вперёд: таким «одухотворённым» Романова никто ещё не видел. Ну, как минимум: давно.