Воспитание и дрессировка глазами собаки

Мне можно было носиться по помещению, карабкаться на диван и общаться с людьми, которые занимались чем-то непонятным – рассматривали какие-то бумажки, передавая их из рук в руки. Отдали бы лучше их мне, я бы всех научила веселой игре.

Но люди как-то скучно проводили время, после чего эта новенькая девушка сложила бумажки в свою сумку, взяла меня на руки и понесла прочь из этой квартиры, где мне пришлось познать заточение.

Когда мы оказались на улице, я оживленно стала крутиться на руках, пытаясь выбраться и познакомиться с таким новым и интересным миром.

Кругом было много разных запахов. Ходили люди. Много людей. Передвигались какие-то громыхающие железные монстры. К одному такому мы подошли, и не успела я опомниться, как оказалась поглощена им – Она втолкнула меня внутрь и через пару секунд, сама оказалась там.

Монстр оказался совсем не страшным, и там был мягкий диван, на котором я расположилась после того, как все исследовала.

Девушка потянулась ко мне и погладила, после чего монстр ожил и двинулся вперед, перемещая нас в пространстве.

Если бы не тошнота, подступающая к горлу, я бы назвала этот день самым лучшим в моей недолгой жизни. Он и был лучшим.

Я отправилась в свой новый дом. К ней и с ней, моей новой мамкой.

Глава 4. Ма

У Ма был большой дом на три комнаты, а еще кухня и балкон, и никакой клетки! Мне разрешено было перемещаться по всему помещению, чем я немедленно воспользовалась.

Столько разных запахов манили, и я носилась из одного угла в другой, не зная, что мне интереснее больше.

Вот какие-то вещи, а вот мебель, все хотелось обнюхать и попробовать на зуб. Ма ходила за мной следом, и как только я принималась пробовать новый предмет, рукой отталкивала меня от него.

Видимо, эти предметы принадлежали ей, и мне их трогать запрещалось. Но были и такие, что изучить мне позволили. Этим впоследствии я и стала играть. Это была деревянная палочка, о которую я любила точить зубы.

Но в нашем большом доме были не только предметы, но и другие члены стаи.

Помимо Ма там жил еще ее детеныш. Двуногий. Я со всей своей детской наивностью кинулась к нему, чтобы познакомиться, но он как-то странно от меня отходил, выдавая целый шлейф неуверенности. Если бы он был собакой, то точно бы растелился пузом кверху, показывая свою покорность.