Вот Иуда, предающий Меня. Мотивы и смыслы евангельской драмы

Иоанна Богослова Российского православного университета

Вступление

Иерусалим, Виа Долороса [1 - Виа Долороса (лат. Via Dolorosa, букв. «Путь Скорби») – улица в Старом городе Иерусалима, по которой, согласно христианскому преданию, пролегал путь Иисуса Христа к месту распятия.],

июль

– За тридцать таких сребреников Иуда предал Христа.

Хозяин антикварной лавки вкладывает мне в руку серебряную монету. Она неожиданно весома, тяжела и холодна.

Наверное, тридцать таких монет весили немало даже для мужских ладоней.

Не очень большие, они как раз и должны были поместиться в сложенные ковшиком мужские руки. Цена Христа и цена души.

И внезапно мне стало зябко посреди раскаленного Иерусалима.

Зачем ты их взял?

Ну зачем?

* * *

Жанр этой книги лучше всего охарактеризовать словами «художественное богословие». Это попытка воочию увидеть евангельскую драму: предательство и судьбу предателя.

Он давным-давно стал символом, стал не более чем именем нарицательным, которое и писать-то можно с маленькой буквы.

На иконах его всегда рисуют так, чтобы молящийся не встретился с ним глазами. Его преступление навсегда заслонило его самого – одного из апостолов, избранников Христовых. Из живого человека он превратился в синоним самого страшного греха – и поделом.

Но Евангелие написано не о символах, а о живых людях, и сколько бы лет ни лежало между нами, жизни в них не становится меньше. Евангелие написано для каждого из нас, открывая его, мы оказываемся современниками Христа, становимся лицом к лицу с Ним и с теми, кто Его окружает.

Мы не просто читатели, мы участники Его жизни.

И как живы мы, так живы те, о ком повествует Евангелие. Кто-то к вечной славе, а кто-то к вечному позору.

Судьба Иуды сочится кровью предателя и кровью Господа. Эта кровь не высохнет до конца времен.

Его история плотно, как смирительной рубашкой, обернута авторитетными святоотеческими объяснениями и сведена на уровень назидательного нравоучения: воровать и предавать плохо, а вешаться еще хуже.

Я не хочу с этим спорить: действительно, плохо.

Я хочу поглядеть в глаза живого человека, на все времена ставшего образом самого гнусного предательства и самого бесплодного раскаяния.

Поглядеть и спросить:

Иуда, что ты сделал с Ним?

Иуда, что ты сделал с собой?

* * *

Не думаю, что для кого-то станет сюрпризом краткий пересказ случившегося: уж эту историю знают абсолютно все, читавшие и не читавшие Евангелие.