Невероятный русский – 2

Признаться, нет хоть какого-нибудь вразумительного объяснения, почему в родительном падеже множественного числа про носки надо говорить «носков», а про чулки – «чулок». Но если вы их перепутаете (скажете «носок», «чулков») – это будет «стра-а-ашная» ошибка.

Элементарная логика языка требует следующего спряжения глагола «хотеть» – хочу, хочешь, хочет, хочем, хочете, хочут. И именно так спрягают его все дети! Но для взрослого сказать «хочем» – значит быть пригвождённым к позорному столбу! Только «хотим»! И никак иначе!

Но, пожалуй, на первом (в данном случае непочётном) месте стоит неправильное ударение в словах «звонит», «звонят».

Того, кто ставит ударение на первом слоге, окружающие постоянно одёргивают и поправляют. Иногда даже добавляют: «Не позорься!» Но при этом сами тут же делают аналогичную ошибку в других словах: «включит», «включат». Здесь тоже необходимо ставить ударение на втором слоге, что услышишь нечасто.

Но я не хочу никого клеймить позором и нехорошими словами.

Тем более что филологи утверждают: если в течение долгого времени большинство носителей языка произносят слово неправильно, то норму приходится пересматривать.

Скажем, уже долгое время даже люди, занимающиеся русским языком профессионально, не говорили слово «фольга» с ударением на первом слоге. Мы даже и не сразу поняли бы, о чём речь: «Что ещё за «фОльга» такая?» Только «фольгА». Загляните в словарь. Вы будете удивлены. Совсем недавно правильным был первый вариант.

Это тот самый случай, когда языковая норма была изменена. Кто против? Все за!

Однако лично мне не хотелось бы однажды услышать, что произношение «звОнит» тоже соответствует норме русского языка.

Ошибки в эфире

В советское время среди дикторов ходила поговорка: «Слово не воробей, поймают – вылетишь!» Да, за речевые ошибки отстраняли от эфира, лишали премий, а то и с работы выгоняли.

Когда же наступило время «свободы слова», в эфире стали произносить не только что угодно, но и как угодно.

А вот это уже беда для русского языка!

Беда, как известно, не приходит одна. В конце ХХ века человек «читающий» превратился в человека, «слушающего радио» и «смотрящего телевизор». А в ХХI веке – и вовсе в «человека, следующего за блогером». Люди привыкли доверять публичному слову! Нам кажется, что если так говорит публичная личность – значит так правильно.