Стремление к счастью. С комментариями и объяснениями

Религии лишь сбивают с толку, наделяя Бога или богов какими-то частными свойствами, в то время как Бог обладает одним свойством – просто быть человечеством. Фейербах был противником грубого атеизма, объявлявшего Бога корыстной выдумкой, его Бог – это, наоборот, все лучшее в человеке, обретение идеалов на пути совершенства, когда человек поймет, что Бог – это просто он сам, и перестанет нуждаться и в религии, и в политике. Но путь к этому непрост: для Фейербаха это был вопрос сознания: поняв свою «родовую сущность», иначе говоря, единство человечества, люди прекратят войны.

Постижению этого должна была содействовать книга нашего философа, и сейчас, перейдя к ее чтению, мы сможем сказать, как именно она работает.

Предисловие к первому изданию

Рассеянные в различных трудах, большею частью только случайные, полемические и афористические мысли автора по поводу религии и христианства, теологии и спекулятивной философии сконцентрированы в предлагаемой книге, причем они обстоятельно обработаны, обоснованы, исправлены, частью сокращены, частью дополнены, но ни в коем случае вполне не исчерпаны уже по одному тому, что автор, не любящий общих мест, старался, как и во всех своих трудах, не уклоняться от совершенно определенной темы.

Спекулятивная философия – «созерцательная», «умозрительная», исходящая из общих умственных предпосылок, а не из опыта, ориентирующаяся на интеллектуальную интуицию, а не на данные чувств.

Предлагаемое сочинение заключает в себе критические элементы для философии позитивной религии, или откровения, но, как и следовало ожидать, философии религии не в ребячески-фантастическом смысле нашей христианской мифологии, принимающей за факт каждую нелепую историческую сказку, и не в педантическом смысле нашего умозрительного богословия, которое, подобно схоластике, считает логически-метафизической истиной каждый articulus fidei.

Христианская мифология – ко времени Фейербаха общим представлением большинства образованных немцев, включая многих богословов и пасторов, было то, что христианство имеет вечный смысл как нравственное учение.

При этом, как полагали они, значительная часть содержания Ветхого и Нового Заветов мифологична, содержит сюжеты (например, об обстоятельствах рождения Иисуса или о совершаемых им чудесах), необходимые только для того, чтобы объяснить простым верующим природу Бога и нравственные истины, но образованному человеку они не требуются, для него это фольклор.