Общество спектакля

Высшие государственные чиновники имеют значительную свободу действий: ведь когда корабль получил пробоину, решения капитана важнее воли судовладельца, – однако и в их рядах нет единства. Будущее каждого клана зависит от того, насколько ему удастся навязать свои доводы, доказывая их на практике. Моро верил в «исторический компромисс», то есть в способность сталинистов окончательно разбить революционное рабочее движение. Представители другого направления, те, которые в настоящее время командуют руководителями «красных бригад», не верили в это или по меньшей мере считали, что не стоит слишком беречь сталинистов ради жалких услуг, которые те оказали или еще окажут, что их нужно грубее подстегивать, чтобы они не наглели.

Как видно, этот анализ отнюдь не бесполезен. Похищение Моро стало началом ударов по «историческому компромиссу», воплотившемуся наконец в парламентском акте, а сталинская партия продолжала прикидываться, что верит в независимость «красных бригад». Заложнику сохраняли жизнь до тех пор, пока верили в возможность продолжать унижение и замешательство его друзей, которые подвергались шантажу и благородно лишались чувств, будучи не в состоянии понять, чего ждут от них неведомые варвары. С ним тут же покончили, стоило лишь сталинистам показать зубы, публично заговорив о «темных делах»; Моро умер в разочаровании. На самом деле у «красных бригад» другие, гораздо более широкие функции и интересы: они состоят в приведении в замешательство или дискредитации пролетариев, реально поднявшихся против государства, и, возможно, даже ликвидации некоторых из них, наиболее опасных. Сталинисты одобряют эту функцию, ибо она облегчает их нелегкую задачу. Если то, что задевает их самих, переходит границы, они стараются это пресечь: путем публичных выступлений в подходящий момент, где обиняком протаскивают инсинуации, или через конкретные угрозы, которые выкрикиваются во время закрытых переговоров с государственной властью. Их основное оружие разубеждения – в возможности внезапно сказать все, что им известно о «красных бригадах» с самого момента их создания. Однако всем ясно, что они не смогут воспользоваться этим оружием, не нарушив «исторического компромисса»; и что, таким образом, они сами искренне желают хранить молчание о былых подвигах самого SID. Что сделает со сталинистами революция? Мы продолжаем их теснить, хотя и без размаха.