Женские стихии. Исцеляющие практики через архетипы сказок и мифов

Не успела она произнести своих слов, как кто-то спросил ее:

– Что ты там бормочешь, Мудрая Черепаха?

Это был Лев. Он задал ей вопрос, и она все объяснила.

– Ты хочешь знать, в чем моя мудрость? – спросил Лев. – Ну что же, отвечу: я царь – и в этом моя мудрость!

И он медленно пошел к воде, а Мудрая Черепаха быстро-быстро затолкала его мудрость в свою тыквенную бутылку.

Едва она сделала это, как показался Леопард.

– Р-р-р! – сказал он, так как не любил говорить ничего иного.

Но Черепаха не испугалась.

Она знала, что делает Великое Дело. И спросила Леопарда, в чем его мудрость.

– Ты не знаешь? – щуря свои желтые глаза, возмутился Леопард. – В клыках! В когтях! В прыжке!

И исчез.

А Черепаха и его мудрость спрятала в бутылку.

И вот пришел Слон.

– Моя мудрость в силе и спокойствии! – сказал он и удалился.

А Черепаха упрятала его мудрость в калебасу и, сделав так, еще плотнее заткнула горлышко бутылки травяной пробкой.

Но тут прискакал Заяц.

– Моя мудрость? – удивился он. – И это спрашиваешь ты, Мудрая Черепаха? Неужели тебе не известно, что она в моих ногах? Это быстрота. В моих ушах. Это слух. – И он стал бить лапами, словно в барабан – тук! тук! – дивясь на Мудрую Черепаху, которая между тем невозмутимо засовывала и его мудрость в калебасу.

Но в это время над ними мелькнула тень, и Орел камнем упал с неба.

Представьте себе, Заяц не обманул Черепаху: его уже здесь не было! Он успел убежать.

Зайца спасли его быстрые мудрые ноги и его чуткий мудрый слух!

– Ну что же, – сказал Орел, – если нет Зайца, то есть Черепаха.

– Ты можешь меня убить своим могучим клювом, – сказала Черепаха, – но съесть не сможешь: ведь тело мое закрыто таким панцирем, что даже твой железный клюв бессилен перед ним!

– Тогда я схвачу тебя когтями, поднимусь высоко в небо и до тех пор буду бросать на скалы, пока твой панцирь не расколется, как скорлупа ореха.

– Верно, – сказала Мудрая Черепаха.

 – Вы, орлы, так и поступаете с нами, когда мы попадаем вам в лапы. Но я уже стара, и если я стою тут, на тропе, то не потому, что не сумела, притаившись, стать похожей на камень, а потому, что занята Великим Делом: хочу собрать всю мудрость мира воедино. И ты, Орел, не убивай меня, а лучше, подобно другим, великим, скажи, в чем твоя мудрость?

– В крыльях! – сказал Орел. – Или ты не поняла сама? В полете! – И он взмыл в небо.