Пустота

* * *

– «Нил Армстронг» вызывает Землю, повторяю, «Армстронг» вызывает Землю. Передача идёт по аварийному каналу, в аналоговом режиме. У нас проблемы со связью, мы не принимаем сигнал от Центра управления полётом, повторяю: мы не принимаем сигнал от ЦУПа. Если вы слышите эту передачу, немедленно сообщите о ней любому представителю «Юнайтед Аэроспейс». Положение дел на корабле нормальное, состояние экипажа хорошее, все основные системы исправны, полёт проходит в штатном режиме. Мы будем продолжать выполнение нашего задания согласно плану.

Это аналоговое сообщение будет проигрываться непрерывно каждые три минуты. Мы ждём ответа, Земля.

* * *

Я проснулся. Глянул на часы – 11:39 по корабельному времени. Через минуту сработает будильник, который, в принципе, мне давно без надобности, я так влился в ритм, что вот уже на протяжении многих месяцев просыпался ровно за минуту до звонка. Я потянулся и поднялся с койки, прибрал её и задвинул в специальную нишу в стене. Цифры на электронном табло сменились на 11:40, раздался звуковой сигнал, означающий, что пора бы мне уже вставать.

Я привычным движением вырубил сигнал, медленно прошёл в туалет, приблизился к раковине, заглянул в зеркало, оценивающе изучив свою щетину, которая постепенно стала превращаться в натуральную бороду. Взял бритву, задумчиво повертел её в руке, отложил. «К чёрту, раз ЦУП молчит, значит, и правила устанавливать больше не кому». Умылся холодной водой, вновь взглянул на своё отражение. «Нет, всё же так не пойдёт», – подумал я. Схватил станок и начисто выбрился.

Одевшись, я вышел в коридор, направившись в сторону кухни. Прошла пара дней с тех пор, как мы потеряли связь с домом, но нам так и не удалось выяснить, почему это произошло. Мы прошерстили всю нашу систему от и до и не нашли ровным счётом ничего, никакой зацепки, ни малейшего намёка на какую-либо ошибку в программном обеспечении или неисправность оборудования. Мы даже протестировали наши приёмники, направляя антенну на различные небесные тела в нашей Солнечной системе и вне её.

Система исправно ловила сигналы далёких звёзд и пульсаров во всех доступных ей радиодиапазонах, однако Земля почему-то продолжала молчать.

Позавтракав, я двинул на мостик – пора было заступать на вахту. По пути в осевом отсеке центрифуги я встретил Андерсона.

– Профессор, – поприветствовал я начальника нашей экспедиции.

– А, Фролов, доброе утро. – Он был явно чем-то обеспокоен.

Я осмотрелся вокруг, убедившись, что мы одни.