Искорёженная история

То есть правда – это классовое понятие. У буржуазии правда одна, а у рабочего класса – другая. Очень опасная точка зрения. Она неминуемо ведёт к историческому нигилизму, а вместе с ним и к бесконечному пересмотру содержания эпох и действовавших политических личностей. Собственно, этим как раз и занималась все 75 лет своего существования советская марксистская историография. Дозанималась до того, что окончательно запутала и себя, превратив историографию из объективной науки в субъективную приставку к власти очередного Генерального секретаря КПСС и догму для тех, кто изучал эту историографию.

Не случайно среди марксистов нет сколько-нибудь крупных историков. Высшее достижение марксистской исторической методологии – «Краткий курс истории ВКП(б)», написанный товарищем Сталиным при участии товарищей Кирова и Жданова, – не может использоваться при оценке и описании широкомасштабных событий. А именно к таким событиям относится история России, а не отдельной, пусть и правившей тогда в России-СССР, политической партии.

Марксистский классовый метод пригоден как способ политической борьбы. Да и то не всегда и не везде.

Это не значит, что в СССР не было исторической науки. Как раз в советское время отечественная история, в том числе и история КПСС, да-да, та самая – из «Краткого курса ВКП(б)» как своей составной части, сделала громадные шаги в освоении исторического прошлого нашей страны и всемирной истории в целом. Но достигла этого позитивного опыта не благодаря марксизму-ленинизму, а вопреки ему. Так, скажем, была описана история Киевской Руси, а ещё до неё история наших славянских корней.

Раскрыты эпохи Ивана Грозного, Петра I, история XVIII—XIX веков. Появилась отраслевая история, в частности история дипломатии. Возникла краевая история, описывавшая историю конкретных областей, краёв, районов. Всё это ни в коем случае нельзя игнорировать, а наоборот, следует использовать и развивать дальше.

А то что получается? После 1991 года, развала СССР и выхода на авансцену истории Российской Федерации историческая наука остановилась, фактически замерла в ожидании.

Чего? Правильно – хозяина. Привыкнув за 75 лет советской власти к сервильной роли, то есть обслуживающей власть имущих, отечественная история испугалась собственного освобождения. Она остолбенела от ужаса! Пора окончательно избавляться от комплекса неполноценности. Хватит оглядываться и прислушиваться к властным окрикам. Это не исключает выполнения просьб властей. Но выполнять их можно по-разному.