У меня свой сценарий. Как сделать свою семью счастливой

И главный герой фильма – на правах отца! – пытается так строго и властно строить отношения с сыновьями, будто его многолетнего отсутствия в их жизни и не было.

Кстати, обслуживание секрета – то есть сохранение в тайне неприглядной правды о семье – забирает много энергии: надо же постоянно уходить от трудных вопросов, следить, чтобы правда не просочилась за пределы дома, чтобы никто ни о чем не догадался и т. д. В норме эта энергия пошла бы на развитие…

Значит ли это, что в здоровой семье не должно быть никаких секретов? Да.

От близких родственников лучше правду не скрывать.

Итак, если мы выросли в доме, где врут и хранят секреты, мы научились делать то же самое.

Обсуждение деликатных тем

В проблемных семьях редко обсуждают деликатные темы. Более того, их тщательно избегают. А в здоровой семье такое обсуждение – в порядке вещей.

Что я имею в виду под деликатными темами? Это прошлое с какими-то событиями, о которых лучше (как считается в семье) помалкивать: например, измена одного из супругов, факт усыновления детей, незаконнорожденный ребенок, аборты, инвалидность ребенка, самоубийство кого-то из членов семьи, хронические болезни (в особенности такие, как алкоголизм, наркомания) и т.

 д. Такую правду трудно принять, но в норме о ней нужно честно поговорить, расставить все точки над «i».

В проблемных семьях для избегания трудной темы используют один из трех путей: произошедшее либо отрицается, либо о нем говорят неправду, либо его держат в полнейшем секрете. Отрицание, ложь, замалчивание – вот они, самые известные формы психологической защиты!

Очень часто такое поведение оправдывается желанием родителей защитить своих детей от тяжелой правды: скажем, у отца обнаружили четвертую стадию рака, он умирает, лежит в больнице, а детям говорят, что папа скоро поправится и вернется домой.

Но правду не спрячешь! Рано или поздно она выйдет на свет. Следовательно, как бы ни было трудно, ребенок должен быть подготовлен к реальности. А те дети, от которых скрыли горькую правду о состоянии их папы, могут уже во взрослом возрасте затаить обиду на мать – ведь им не дали как следует попрощаться с отцом, обнять его в последний раз, сказать, как они его любят… И ведь могло бы быть иначе.

Когда мне было одиннадцать лет, моя старшая сестра тяжело заболела. Приближалась ее смерть. Я это смутно чувствовала. Однажды мама открыто поговорила со мной на эту тему, она так и сказала: «Леночка у нас скоро умрет». Мы обе плакали.