Практический курс Григория Кваши. Структурный гороскоп

Однако темень, в которой живет такой человек, неожиданно рождает внутренний свет, некое мистическое озарение, то, что чаще называют мистическим прозрением (не путать с интуицией, основанной на переработке и обобщении опыта). Таким образом, в одной и той же идеологии, как две стороны медали, уживаются сверхреализм эмпирика и сюрреализм мистика. Что касается любви, то она не противоречит ни той стороне медали, ни этой. Любовь вся пронизана магией. Но при всей своей грандиозности любовь весьма озабочена подробностями, она вся соткана из мелочей, тех самых эмпирических каждодневных повторов.

Что касается логики и здравого смысла, то нет в любви ни того ни другого.

На оси времени мистики ведут себя самым странным образом. Они буквально воспаряют над временем, не наблюдая разницы между прошлым, настоящим и будущим и признавая только вечные проблемы. Добро и зло, жизнь и смерть, любовь и ненависть – вот набор вопросов, волнующих мистических мыслителей. Отсюда же безусловное лидерство мистиков в мировой драматургии, целиком зацикленной на любви и других вечных вопросах, типа «быть или не быть».

Особенно хороши Крысы. Тут Шекспир, Ибсен, Ионеско и даже Эдвард Радзинский с Леонидом Зориным. Обезьян возглавляют Чехов и Шварц, Драконов – Шоу, Горький, Ростан и Григорий Горин.

Отсутствие логических и реалистических ограничений у мистиков точно выразил в свое время драматург Бомарше (Крыса): «Не вызывает ли восхищения та свобода, с которой я отдаюсь потоку своих мыслей? Я не даю себе труда ни отсеивать их, ни обрабатывать».

Полная противоположность волевикам и реалистам, бесконечно шлифующим свои тексты. Сальвадор Дали (Дракон) многократно настаивал на том, что в его полотнах нет ни логики, ни смысла.

Великий Александр Блок (Дракон) честно признавался в своем незнании жизни: «Говорят, писатель должен все понять и сейчас же все ясно объяснить. А я в свои сорок лет понимаю меньше, чем в двадцать, каждый день думаю разное, и жить хочу, и уснуть, и голова болит от всей этой всемирной заварушки».

Блок всегда стремился освободиться от смысла и даже придумал термин «священный идиотизм».

А вот Николай Бердяев (Собака) о Василии Розанове: «Розанов мыслил не логически, а физиологически. По всему его существу разлита мистическая чувственность».

Мистики стоят у истоков многочисленных направлений в искусстве – сюрреализма (сновидения и галлюцинации) или, например, театра абсурда.