Нам можно всё, но мы ещё не хотим: давайте уже захотим

Это то, что Невилл Годдард называет «отрицать свидетельство ваших пяти чувств», то есть не верить, что то, что говорят нам, например, наши глаза – это более реально, чем то, во что мы верим в своём сознании, как в свою правду жизни. Это и есть самое сложное, зачастую неподвластное даже тем, кто об этом пишет:

Верить своей внутренней правде или мечте больше, чем тому, что видят глаза.

К примеру, меня поразило, что жизненный путь самого автора – Александра Грина, создателя этой волшебной феерии, был полным противоречием тому, о чём он сам же и писал.

Когда я ознакомилась с его биографией, я не могла отделаться от размышлений:

Интересно, автор, когда всё это придумывал, осознавал, что это и есть рецепт управления реальностью и формирования себе желанной жизни мечты? Понимал ли он, что выдаёт, по сути, сакральное знание о том, как изменять судьбу

Или он сам не постиг глубины того, что пишет, просто потому, что что-то в нём водило его рукой и выдавало в мир эти знания, а сам он был лишь передатчиком информации, как часто и бывает с гениями? Сам Грин писал, что он – переводчик между реальным миром и миром мечты.

Похоже, что так. Но осознавал ли он, что пишет не просто мистические сказки для романтических натур, а раскрывает тайны мироздания?

Мне было любопытно, потому что его судьба и то, как сложилась его жизнь, особенно – в последние годы, является противоположностью тому, о чём он писал в своих книгах, в том числе в «Алых парусах».

Александр Грин (как любой приличный писатель) был, как я поняла, подвержен сомнениям в себе, депрессии, унынию и упадничеству.

А в последние годы, когда он уже был под запретом в СССР, и его книги не издавались, он буквально голодал – пытался охотиться хотя бы на птиц для пропитания, но у него не получалось, что оставляло его с женой в прямом смысле без еды.

Плюс, писатель постоянно повторял, мол, ну вот и всё, это конец, мне конец, скоро умру. Это действительно так и получилось: от тягот судьбы он заболел и ушёл из жизни довольно молодым.

Более того, считается, что незадолго до смерти он отбил в Москву телеграмму, мол, Грин умер, вышлите денег на похороны, и «вдове Грина» (которая тогда не была вдовой) пришли деньги. На похороны ещё живого мужа.

Похоже ли это на «Алые Паруса»? Похоже ли это на жизнь человека, который обладает сакральным знанием о том, как своим сознанием формировать себе нужные события жизни? Ни в малейшей степени, ни в малейшей.