Философия для «чайников». Учебник для академического бакалавриата

В Средние века философия развивается под влиянием религии. Поэтому главная черта средневековой философии – теоцентризм (от латинского «Тео» – Бог). Соответственно, для средневековой философии было характерно рассматривать Бога как мировоззренческое начало. Это выражалось в нескольких учениях:

1) креационизм – учение о сотворении богом мира из ничего;

2) провиденциализм – понимание истории как осуществления заранее предусмотренного Богом плана спасения человека;

3) сотериологизм – ориентация жизни человека на спасение души.

Философское мышление Средневековья обращено в прошлое: чем древнее учение, тем оно считалось более подлинным, а следовательно – истинным. Для философствования этой эпохи был характерен традиционализм: поощрялась не новизна (это считалось проявлением гордыни), а эрудиция и знание священных текстов, на которых основывались философские труды (Библия, Коран, Талмуд). Сами философские труды имеют характер нравоучений, назиданий. Естественно, для средневековой философии не могла быть характерна свобода мысли.

Любое отклонение от официальной догматики рассматривалось как ересь и сурово преследовалось.

В развитии европейской средневековой мысли выделяют два этапа: патристику и схоластику.

Первый этап – патристика. Патристика – это учение отцов церкви, которые поставили задачу с философской точки зрения обосновать суть христианского вероучения и перевести вероучение на язык философии. Видным деятелем эпохи патристики является Аврелий Августин Блаженный (354—430 гг.

). Он оставил большой ряд трудов: «Исповедь», «О Троице», «О величии души», «О граде Божьем». И в свое время они были очень известны, неслучайно творчество этого философа упоминается в знаменитом романе Дюма «Три мушкетера»:

«– По какому же поводу дерешься ты, Атос? – спросил Арамис.

– Право, затрудняюсь ответить, – сказал Атос. – Он больно толкнул меня в плечо. А ты, Портос?

– А я дерусь просто потому, что дерусь, – покраснев, ответил Портос.

Атос, от которого ничто не могло ускользнуть, заметил тонкую улыбку, скользнувшую по губам гасконца.

– Мы поспорили по поводу одежды, – сказал молодой человек.

– А ты, Арамис?

– Я дерусь из-за несогласия по одному богословскому вопросу, – сказал Арамис, делая знак д'Артаньяну, чтобы тот скрыл истинную причину дуэли.

Атос заметил, что по губам гасконца снова скользнула улыбка.

– Неужели? – переспросил Атос.