Когти перемен. Истории из жизни ветеринарного врача

Надежда уже бывала в операционном блоке, но сегодня помещение выглядело иначе. В дальней комнате работало сразу несколько хирургов. Алексей и Катя были ей знакомы, а третьего мужчину Надя видела впервые.

– Здравствуйте, Надежда, слышал про вас много хорошего. Константин, онколог, – представился тот, не снимая медицинской маски. Надя понимала, что невежливо пялиться, но не могла оторвать взгляда от уродливого шрама на лице хирурга. Из-за рубца уголок глаза опускался вниз, шрам пересекал щеку и исчезал под маской.

Внезапно Надя взвизгнула от чувствительного тычка под ребра.

– Хватит глазеть, Рыжуля, он уже женат, – насмешливо сказала незнакомая молодая женщина. Ее каштановые волосы с яркими зелеными прядями были собраны в высокий пучок, на скрещенных руках выделялись татуировки, а на лице и в ушах поблескивал пирсинг.

– Вика, перестань смущать Надежду Сергеевну, – строго сказал Константин и слегка покраснел.

Катя обрезала нить и укоризненно ткнула иглодержателем в сторону главврача:

– Не вздумай превращать сегодняшний день в соревнование на скорость.

– Да брось, уж Костю ты наверняка обставишь.

В переносках ожидали операции три кота и пятнадцать кошек. Некоторых из них требовалось обработать от паразитов, у других виднелись кусаные раны, но большинство выглядело вполне прилично для уличных жителей.

Анестезиолог Аня готовила кошек к операции, а Надя с Викторией забирали их сразу после наложения швов. В хирургии были в почете язвительные шутки, и Надежда чувствовала себя не в своей тарелке.

– Аня, тут проблемы со свертываемостью!

Анестезиолог тревожно осмотрела кошку. Слизистые были бледные, но без кровоизлияний.

– Капаю. Сосуды точно все лигированы? – уточнила она у хирурга, и Алексей огрызнулся:

– Сама как думаешь? Делай гемостатики, с кожи течет, отовсюду.

– ДВС-сидром? Но откуда, разве что недавно были какие-то травмы… Может быть, врожденная патология свертываемости? Тромбоцитопения из-за лейкоза? Я возьму кровь на анализ.

Виктория аккуратно уложила очередную кошку в переноску и заметила:

– Эта кошка не из тех, что с конюшни? Позвоните, узнайте, не травили ли они грызунов. Думаю, это крысиный яд. Кошка налопалась отравленных мышей, пока те были еще живы.

Аня кивнула:

– Я сбегаю на терапию, там есть «Конакион».

Надежда нахмурилась, взяла стетоскоп и подошла к кошке.