Сексуальные маньяки. Психологические портреты и мотивы

Соответственно, анализ схожестей и различий жертв конкретного убийцы может дать важную информацию о мотиве, казалось бы, безмотивного преступления. А это, в свою очередь, может вывести на информацию о личности преступника.

Сама по себе идея создания образа убийцы не нова. В 1960 году Палмер опубликовал результаты трехлетнего изучения пятидесяти двух убийц, отбывавших заключение в тюрьмах Новой Англии. Среднестатистический убийца по Палмеру совершил свое преступление в возрасте 23 лет, застрелив незнакомого мужчину во время ссоры.

Это выходец из низших слоев общества, не достигший успехов ни в учебе, ни в работе. У него была благонамеренная, но социально неблагополучная мать, а в детстве он подвергался физическому и психологическому насилию.

Схожим образом Риццо (1982) исследовал более тридцати убийц, направленных на судебно-психиатрическую экспертизу. Он заключил, что среднестатистический убийца – 26-летний мужчина, скорее всего, знакомый со своей жертвой, а наиболее вероятным мотивом его преступления является материальная выгода.

Психологическое портретирование, используемое правоохранительными органами в наши дни, призвано делать несколько больше, чем просто давать описание типичного убийцы, если о существовании такового можно говорить в принципе. Следствие должно оценить место преступления с позиции возможности обнаружения деталей, указывающих на тип личности преступника. Хотя Лунде отмечал, что убийства в художественных произведениях не имеют ничего общего с реальными (1976), связь между описанными в популярной литературе детективными методами и современным профайлингом действительно можно проследить.

Так, отличительной чертой знаменитых литературных сыщиков является внимание к деталям: от них не ускользает ни одна мельчайшая деталь с места преступления. В детективном романе Уилки Коллинза «Лунный камень», впервые опубликованном в 1868 году, сыщик Кафф говорит:

«На одном конце следствия было убийство, а на другом – чернильное пятно на скатерти, которого никто не мог объяснить.

Во всех моих странствованиях по грязным закоулкам этого грязного света я еще не встречался с тем, что можно назвать пустяками».

Такое внимание к деталям не менее существенно и для современного профайлинга. Каждая мельчайшая деталь преступления тщательно изучается с целью составления психологического портрета убийцы.

В отличие от литературных сыщиков, в профайлинге не полагаются на то, что дело может быть раскрыто на основании какой-то одной улики.