Ведьмина деревня

– С матерью жил – и не думал воевать, а с женой, знать, не сложилось, раз ушёл через год, – шептались за спиной Алёны.

– Погубила Тимура и радуешься, – бросала ей вслед Анька, которая так и хромала после аварии и не могла простить Алёне, что та приятна и аккуратна, даже живот беременный не портил её фигуру, всё складно было в будущей матери.

– Не могу я больше так, – плакалась Алёна свекрови, которая единственная из всей деревни не смотрела на неё косо, а помогала, чем могла.

После известий о Тимуре его мать стала внимательней относиться к невестке, которая носила ребёнка её пропавшего сына.

– Словами своими всю душу мне выворачивают, – продолжала Алёна. – Уйти я отсюда хочу, да некуда мне.

– Не слушай их, – отвечала свекровь, – люди языками мелят, а ты живи им назло. Больше-то новостей в деревне нет. Всё об одном и том же: кто кого побил, кто у кого ночевал. Всё это сто раз обговорено. А тут новая история с Тимуром, вот и мусолят её до дыр, пока языки у сплетниц не отвалятся. А ты не принимай к сердцу их слова.

Ты о ребёнке думай. Вот возьми, поешь и с собой забери. Когда тебе рожать?

– Скоро уже, неделя или две осталась, как говорит наша фельдшер, – ответила Алёна, прислушиваясь к затихшему ребёнку.

– Приданое у тебя готово?

– Да, всё, что вы отдали, разобрала, что-то подзашила, починила. Кроватку застелила, что Пётр Агафьевич принёс, – проговорила Алёна.

– Я ещё мужу скажу, привезёт тебе пару одеял да матрасик детский. У нас уже младшенький вырос, так всё на чердак убрали.

А коляску сейчас возьми, – продолжала свекровь.

– Спасибо вам большое, – проговорила Алёна.

– Так не чужие, поди, – улыбнулась женщина и, помолчав, добавила, – когда вернётся Тимур, неведомо, а ребёнок его расти должен.

– Зачем я его отпустила… – Алёна сглотнула слёзы и закрыла ладонями лицо.

– Так не удержать его было, – ответила мать, – как бес в него вселился, ничего слушать не хотел. Я уж думала, у вас что случилось, поссорились, вот он и уходит.

– Нет, у нас всё хорошо было.

А вот соседка, Аня, прохода ему не давала. Когда я в больнице лежала, захаживала к нему, кормила, поила. Я когда вернулась, нескольких рубашек Тимура недосчиталась.

Свекровь задумалась.

– Я, Алёна, привыкла своим глазам верить, но бывают вещи, которых не видно. Ты ведь знаешь, что в соседней деревне бабка живёт, её все ведьмой считают. Говорят, она и привороты делает, и порчу наслать может. Что правда из этого, а что ложь – я не знаю.