Золото Каралона

– Молодец, Аркаша! Русло жирное нашел, задел на следующий сезон нам обеспечен. Но о результатах никому ни слова.

На карте прибрасывает курвиметром расстояние до табора на реке Куранах. Трет руки, словно от холода.

– Отлично! Почти под боком, двенадцать кэмэ. А в управлении убеждают, что там нет перспектив…

– Я неделю мантулил вхолостую. Думал пустышка… Потом на левой стороне у прижима, поставил проходняк и сразу поперло. Так и шел вверх.

Бурханов приоткрывает дверь, кричит.

– Маня, позови Снегирева.

Входит крепыш похожий на тяжелоатлета с бобриком седых волос.

– Дмитрий, технику нужно готовить на Куранах. Начнем мыть в этом году.

– У нас нет разрешения?

– Я договорюсь с геологами. Оформим, как разведочные работы по запасам. И будем оформлять допуск на производство работ.

Разные люди заходят и выходят. Ведут разговоры. Цукан спит, откинувшись в дерматиновом кресле. Входит краснолицый одышливый мужчина. Громко здоровается. Цукан вскидывает голову. Смотрит недовольно.

– Привет, Виктор Борисыч, голосистый ты мужик.

А твою фетровую шляпу и массивный живот, за версту видно.

– Ты, Цукан простак. Не понимаешь, финансист – лицо предприятия, должен солидно смотреться. А глядя на твою бандитскую рожу и грязный бушлат, чиновник не возьмет подарок, не окажет артели содействие.

– При твоей министерской зарплате, нужно еще на шею цепь золотую повесить для солидности.

– А тебе завидно. Я в Госплане работал. Но Бурханов уговорил, я согласился.

– Аркадий, что с тобой! Мы же на правлении артели обсуждали.

Я едва уговорил Виктора Борисовича переехать из Москвы, а ты хамишь. Тебе, что денег мало!

Бурханов пристально смотрит, всем видом показывая недоумение. Цукан встает, торопливо выходит из конторы.

– Выйду, перекурю…

– Дурит, что-то твой заместитель.

– Пройдет. Мужик характерный. Мы с ним начинали на Колыме на горно-рудной проходке. Много лет его знаю. Спец незаменимый, у него чуйка на золото.

– Но ведь пьет.

– Было. Уходил в запой после ссоры с женой.

Уезжал из артели, но я принимал. Потому что знаю, Аркадий не продаст. Видишь шрам вдоль черепа?

Бурханов приподнимает волосы на голове.

– Давнее дело. Застряли во время пурги под Омсукчаном. Снегу по пояс. Чтобы пробиться, стали продергивать ЗИС лебедкой. Почти вылезли из низины, когда трос оборвался, пробил мне черепушку. Цукан тащил на самодельной волокуше к трассе полдня. В больнице врач пульс не нашел и говорит:

– Зачем сюда притащил. Тащи в морг.