Опоссум Шрёдингера. Смерть в мире животных

20 (3). P. 283–308.].

Понятия – это базовые компоненты многих наших мыслей. К примеру, мысль «стол качается» состоит из понятий «стол» и «качание». Как мы убедимся, не все формы мышления требуют понятий, однако существо, не способное мыслить, понятий точно иметь не будет. Поэтому, прежде чем подобраться к конкретному вопросу о том, обладают ли животные понятиями, необходимо попытаться ответить на более общий вопрос: есть ли у животных разум?

В знаменитой статье 1982 года философ Дональд Дэвидсон доказывал, что ответить на этот вопрос следует отрицательно[8 - Davidson D.

Rational animals // Dialectica. 1982. 36 (4). P. 317–327.]. Дэвидсон предлагает представить собаку, которая гонится за соседской кошкой в саду. Кошка бежит к дубу, но в последний момент сворачивает и забирается на другое дерево, в данном случае – на клен. Собака этого маневра не замечает и упрямо бежит к дубу. Она останавливается у дерева, упирается передними лапами в ствол и начинает лаять в сторону кроны. Увидев такую сцену, мы бы, скорее всего, решили: «Собака думает, что кошка на дубе!»[9 - Этот пример был впервые опубликован в: Malcolm N. Thoughtless brutes // Proceedings and Addresses of the American Philosophical Association. 1973. 46 (September). P. 5–20.] То есть мы объяснили бы поведение собаки, приписав ей определенное убеждение, – а это один из видов мышления. Но Дэвидсон обнаруживает здесь две большие проблемы.

С одной стороны, есть загвоздка, связанная с границами нашего знания. Мы не можем «примерить» на себя точку зрения собаки, что не позволяет нам получить прямой доступ к ее способу понимания мира.

Но чтобы приписывать другому существу какие-либо убеждения, необходимо обладать доступом к его способу понимания мира. К примеру, мы можем приписать журналистке Лоис Лейн убеждение, что она работает с Кларком Кентом, а не с Суперменом, хотя Кларк Кент и Супермен – один и тот же человек. Дело в том, что Лоис Лейн не знает, что Кларк Кент и Супермен – один и тот же человек, и поэтому, говоря о том, как она воспринимает своего коллегу, нужно использовать имя «Кларк Кент». В случае же с собакой проблема заключается в том, что мы не можем знать, какую именно форму примет убеждение собаки. Мы не можем знать, например, считает ли собака, что кошка забралась на «самое старое дерево в саду», на «самое вкусно пахнущее дерево» или на «дерево, на которое она забиралась в прошлый раз». Приписывая собаке конкретные убеждения, мы сталкиваемся с этим непреодолимым препятствием.