Тяжелый случай

Это означало, что сквозь голосовые связки мы вставим в трахею трубку, которая обеспечит свободный доступ воздуха и позволит проводить искусственную вентиляцию легких.

Джонс, штатный врач, захотел сам провести интубацию. Он взял ларингоскоп Mac 3, стандартный, но довольно примитивный на вид металлический инструмент для раскрытия рта и глотки, и просунул лопатку в форме ложки для обуви глубоко в рот пациентки и вниз в гортань. Он направил рукоятку инструмента в сторону потолка, чтобы отодвинуть язык, открыл рот и глотку пострадавшей, и стали видны голосовые связки, похожие на мясистые пологи палатки на входе в трахею.

Пациентка не вздрогнула и не поперхнулась; она по-прежнему была без сознания.

– Отсос! – потребовал Джонс. – Я ничего не вижу.

Он удалил с чашку крови и сгустков, взял эндотрахеальную трубку – из тонкой резины, толщиной примерно с большой палец, но в три раза длиннее – и попытался провести ее между голосовыми связками. Через минуту сатурация начала снижаться.

– Упало до семидесяти процентов, – объявила сестра.

Джонс продолжал сражаться с трубкой, но она застревала в голосовых связках. Губы пациентки стали синеть.

– Шестьдесят процентов, – сказала сестра.

Джонс вытащил инструменты изо рта пациентки и приладил маску с клапаном. Люминесцирующие зеленые показания оксиметра пару секунд поплясали около 60 и резко поднялись до 97 %. Через несколько минут он снял маску и снова попробовал поставить трубку. Теперь было больше крови и, похоже, возникла отечность; все его усилия были безрезультатны.

Сатурация упала до 60 %. Он вытащил трубку и качал мешок кислородной маски, пока показатели не вернулись к 95 %.

Если вам не удается провести интубацию, то следующий шаг – обратиться к специалисту с соответствующим опытом. «Давайте позовем анестезиолога», – предложил я, и Джонс согласился. Тем временем я продолжал следовать стандартному протоколу при травме: завершил осмотр и заказал физрастворы, результаты лабораторных анализов и рентген.

Так прошло минут пять.

Сатурация пациентки понизилась до 92 % – несильно, но, безусловно, ненормально при ручной вентиляции легких. Я убедился, что датчик не соскользнул с ее пальца.

– Кислород поступает в полном объеме? – спросил я сестру.

– Да, постоянно.

Я снова прослушал легкие пациентки – коллапса нет.

– Мы должны ее интубировать, – сказал Джонс.

Он снял с нее маску и сделал очередную попытку.