Кармический хвост в Матрице судьбы человека

А вокруг мужичок не молодой бегает, коней успокоить пытается, уж больно резвые они у него, может, кто испугал. Подошёл я к ним, да помогать стал, негоже девушке в снегу то лежать, так и заболеть недолго! С санями я справился быстро, а вот с ворохом шуб, пришлось помучиться. Когда мне удалось добраться, наконец, до руки незнакомки, я сразу и обомлел. Дарья, девушка была видная, румянец на щеках, длинная черная коса, пушистые ресницы и губы, полные и сочные, будто розы бутон. Влюбился я сразу и до беспамятства. А про Глашу, напрочь позабыл! Будто и не было её никогда у меня.

С этого дня и началась моя история любви, а может быть и жгучей страсти. Тайком встречались мы в лесу, на опушке у высокого дуба, в избушке у охотника, оставшейся одиноко стоять, после его смерти. Ночи страстные и жаркие, проводили мы вдвоём. Пылало моё сердце, пылало и её. Неимоверно тянуло нас друг к другу, да так, что невозможно оторваться было. Каждую ночь, бежал я будто заколдованный к ней, а припав к желанному источнику, не мог вдоволь напиться.

И хоть была она чужой женой, но для меня, была она моей, единственной и ненаглядной, той, кто будоражил сердце моё, заставлял его стучать так, будто молоток по наковальне стучит, не щадя сил. Ночи наши были долгими, жаркими и дьявольски восхитительными. Мы пьянели друг от друга, хотя и капли медовухи не пили. Сгорать в пламени страсти без остатка, было единственным моим желанием!

Я изменился, что сразу бросилось в глаза матушке. По ночам, проливала слёзы она горючие, никак понять не могла, что с её Алешей случилось.

Из доброго парубка, превратился я в угрюмого и злого. Все вокруг стали для меня чужими, врагами стали. Никто не желал нам счастья с Дарьей! А ведь мы так любили друг друга! Или я любил, сейчас уж и не скажешь наверняка. Пылал я от страсти, да так пылал, что спалил всё вокруг, оставшись в итоге ни с чем.

Ухода из дома, матушка мне не простила. Отреклась, да и батюшка, долго не думая, закрыл двери дома родного, прямо перед моим носом. Глаша же, оказалась выносливее, часами она стояла у окон нашей избушки ,пытаясь поговорить со мной, вразумить, но я лишь закрыл окна и ставни ,оставив её снаружи, лить горькие слёзы по утраченному счастью.

Ровно год встречались мы с Дарьей тайком ото всех. Хотя, вся деревня уж знала, что вместе мы. Все, кроме мужа её, старого и некрасивого барина, чей дом стоял в соседней деревне. Не любила его Дарья, да вот от денег отказаться не могла, уж больно любила сладкую жизнь.